В России Гая Ричи любят так, как не любят нигде.
Режиссер покорил публику еще в 1990-х, когда экранизировал романтичные представления о жизни мелких преступников.
"Карты, деньги, два ствола" и "Большой куш" по-доброму заигрывают с криминальным миром лондонских подворотен. В них говорят на кокни, выживают герои Стэйтема и Морана, а эмигранты одновременно вызывают и смех, и страх.
Раннего Ричи сравнивают с Тарантино: оба высмеивают "криминальные образования", периодически подшучивают над приезжими и отказываются от компромиссов — их герои обаятельны, потому что честны и когда разбивают чью-то голову, и когда говорят о поиске Бога.
Подобная аналогия работает, если не присматриваться к деталям, ведь Ричи, хоть и прославился бандитскими байками, — британский аристократ, выросший в родовом поместье 17-го века. Грязь и пороки его персонажей режиссер всегда либо объясняет внешними факторами, либо прикрывает обаянием и добротой.
Парни из "Большого куша" и "Карты, деньги, два ствола" не могут взять катану и устроить резню, их ниша — кражи, что иногда сталкиваются с чужими мирами наркотиков и оружия. А насилие тут — экстренная мера, к которой прибегают скорее "в ответ".
Сравнения с Тарантино закончились в 2002-м, после которого Ричи почти 20 лет скитался между провальными мелодрамами ("Унесенные" с Мадонной), коммерческими детективами ("Шерлок Холмс" с Робертом Дауни), студийными проектами ("Меч короля Артура", "Аладдин") и редкими попытками вернуться в родные казематы ("Рок-н-рольщик" и экспериментальный "Револьвер").
На радость западной публике и критикам, которые сразу Ричи невзлюбили, постановщик долго не мог перенести на современные реалии формулу, что сработала в его первых лентах.
В России же Гая принимали и любили любым, хотя и ждали камбэка к "истокам". Потому в русскоязычной среде трейлер новой криминальной комедии "Джентльмены" обсуждали активнее, чем в какой бы то ни было еще. В определенный момент появились опасения, что ажиотаж может сыграть с нами злую шутку. Потом появились отзывы критиков.
Даже для мудрого отца, что радостно встречает блудного сына, то, как отечественная пресса приняла фильм, казалось чудом — комплиментами одарили буквально каждый его аспект, что еще сильнее задрало планку, до которой "Джентльменам" нужно было допрыгнуть.
Ожидания многих зрителей были где-то у орбиты Сатурна — благо режиссер не только оправдал, но и превзошел их.
Номинальный главный герой — Микки Пирсон (Мэттью Макконахи) — выпускник Оксфорда, карьерист, любящий муж и гениальный наркобарон, который управляет собственной империей по выращиванию травы. На одном из светских раутов Микки не жмет руку главному редактору (Эдди Марсан) лондонского таблоида, из-за чего тот нанимает частного детектива (Хью Грант), компромат которого должен разрушить жизнь, репутацию и сделку Пирсона по продаже своего бизнеса.
Сюжет картины — это склейка из вечернего разговора детектива, которого неожиданно прекрасно играет известный по комедиям и мелодрамам Хью Грант, с хипстером-помощником Пирсона Рэем (Чарли Ханнем), а также событий, о которых первый узнал и вымысла, которым украсил историю, чтобы получить сценарий, на который клюнут голливудские студии.
Описывать сюжет "Джентльменов" так же бесполезно, как и в случае с другими лентами Ричи — и тут от сравнения с Тарантино не уйти. Важно не что происходит на экране, а как это обставлено. "Джентльмены" настолько же про конфликт Пирсона с прессой и диалог Рэя с детективом Флэтчером, насколько "Криминальное чтиво" о том, как два киллера едут за чемоданчиком для босса.
С другой стороны, диалоги Ричи проще и приземленнее Тарантиновских: его герои не строят из себя праведников, хотя в "Джентльменах" они и становятся мудрыми остепенившимися королями.
Да и "подтексты" здесь не то, чтобы прячутся: если стеб "Однажды в Голливуде" над тем, как Тарантино "романтизирует" насилие, можно не уловить, то Ричи бесполезность королевской семьи и туповатость кино-театральных законов прописывает прямым текстом — мол, идиоты-лорды могут только плакаться, из-за того, что у них нет денег на ремонт вековых поместий, а мысль заработать эти деньги пугает их настолько, что они готовы пригревать на приусадебных участках наркофермы.
От всех этих прелестей немного веет старческими насмешками. Алексей Филиппов плевки в сторону СМИ записал в минусы — разговоры о желтой прессе многие режиссеры начинали, когда карьера шла на спад и обиды на прессу подталкивали к творческой мести.
Объясню, почему я с этой мыслью не согласен, но что в ней все-таки есть.
Англия славится бульварными газетенками, вроде тех, что у кассы "Пятерочки" пестрят обложками с певцами, которые в 10 раз раскрывают свою сексуальную ориентацию и умирают.
Разница в том, что англичане за желтизну могут наказать: кто-то, как фанаты "Ливерпуля", которые принципиально не покупают газету The Sun, что оклеветала участников давки на "Хиллсборо"; кто-то, как Гай Ричи — показывая жалкими главредов этих изданий, а людей, которые на них работают, беспринципными и мерзковатыми. Не думаю, что эту линию в "Джентльменах" спровоцировала обида — скорее всего, Ричи просто решил проехаться сразу и по семейству Елизаветы, и по teen-sex-funk-fuck-pop кумирам, и бульварным газетенкам, что копаются в их жизнях.
Линия с клише блокбастеров, которая заканчивается победоносным "Вам нужен сиквел", — другое дело. От нее веет, если не горечью, то попытками оправдаться за последние проекты: перед аудиторией — будто все то, что в последних фильмах казалось чужеродным — прихоть продюсеров; и перед студиями — якобы в финансовых провалах виновата публика, которая требует хлеба и зрелищ. К счастью, этого не много, и скоро этот мотив забывается, а на его место приходит все то, за что Ричи ругают в Америке — неполиткорректность, романтизация преступности и другие грехи, которые мы любим.
"Джентльмены" — не новый Ричи, но лучшая и отрефлексированная версия того, которого мы помним и любим.
Джентльмен свеж, воспитан и четок — он называет человека "черным уродом", не из-за расизма, а потому что видит темнокожего урода, не бросается матерными эпитетами в сторону цыган, не нарушает границ между безобидной травкой, которую выращивает сам, и ядом конкурентов. Отсюда в картине морализаторские монологи героев Ханнэма и МакКонахи о вреде героина, которые местами похожи на последний спешл Дэйва Шаппелла, и стильные костюмы, которые контрастируют с действующими законами джунглей.
К счастью, "Джентльмены" прекрасны и в отрыве от рефлекторно-ответной подоплеки. В лучших традициях раннего Ричи, в нем сочетаются элегантный британский юмор и удивительно обаятельная жестокость.
Если шик заменить на красочные титры, которые представляют героев, новый фильм Ричи мог бы слиться с его первыми работами, и если не этого , то чего мы вообще ждали.