Ровно 420 лет назад Джордано Бруно – известного мыслителя эпохи Возрождения - привязали к ритуальному столбу и подожгли разложенные внизу хворост и дрова. Пламя занялось быстро. Из скудных сведений школьного курса многие, вероятно, припомнят, что всё это приключилось из-за какой-то там ереси и происков инквизиции. Так чем же не угодил Бруно Ватикану?
Начнём с того, что в юношеском возрасте Филиппо Бруно всех вполне устраивал, потому что уже тогда стремился к знаниям и вообще был молодец. Сын простого солдата вполне мог позволить себе брать частные уроки при монастыре и получить академическое образование. Вдобавок Бруно постригся в монахи-доминиканцы, после чего, кстати, и получил имя Джордано (тёзка реки Иордан). В 24 года он был рукоположен в католические священники и возглавил один из приходов в провинции Салерно. Один за другим из-под пера молодого доминиканца выходили более-менее учёные трактаты. Родители нарадоваться не могли.
Со временем, однако, выяснилось, что Бруно читает не совсем те книги, которые одобряет Ватикан. И даже совсем не те. Начитавшись, он стал сомневаться, например, в непорочном зачатии Девы Марии и в том, что в результате таинства Евхаристии хлеб и вино превращаются в Плоть и Кровь Христову. Трактаты Бруно всё меньше нравились тем, кому приходилось их читать по долгу службы. Вдобавок к этому Джордано вынес из своей кельи все иконы, оставив там одно лишь распятие – совсем уж протестантская выходка.
Орден Доминиканцев пришлось, конечно, покинуть. Джордано Бруно какое-то время скитался по Италии, после чего всё-таки остановился в более безопасной Швейцарии. Там же он и примкнул к протестантам-кальвинистам и получил место в Женевском университете. Впрочем, преподавать ему всё-таки не разрешили, потому что Джордано и там всем рассказал, о чём начитался в книжках. В ереси его обвинили уже новые друзья – кальвинисты.
В то время все уже как-то догадывались, что Земля – вряд ли плоская и покоится на трёх китах. Но официальная наука не подвергала сомнению то, что звёздно-планетарный свод имеет конечные границы, и всё это дело вместе с Солнцем вращается вокруг неподвижной Земли. Джордано Бруно в этом как раз очень сомневался. Он вовсе не отрицал божественную суть бытия – напротив, считал, что вселенная бесконечна, а её миры бесчисленны именно в связи с бесконечной сущностью Бога-творца. Не помогло. Забанили.
После долгих скитаний и неприятия своих идей по всей Европе Джордано Бруно приехал в Венецию и начал давать уроки некому Джованни Мочениго. Что-то там у них не заладилось, и Мончениго накатал на Бруно телегу куда следует. Там, где следует, сначала махнули рукой – мало ли что напишет малолетний раздолбай – но тот написал ещё пару кляуз. В итоге за Джордано Бруно всё-таки приехал воронок, пассажиры которого велели ему собираться с вещами.
После семи лет заточения и попыток разубедить заключённого его признали непреклонным еретиком и решили подвергнуть наказанию без пролития крови. То есть, сжечь заживо. Согласно легенде, Джордано Бруно выслушал приговор без скандала и дерзко ответил инквизиторам: «Сжечь – не значит опровергнуть. Ведь вы, пожалуй, оглашаете приговор с большим страхом, чем я его выслушиваю». 17 февраля 1600 года на римскую Площадь Цветов Джордано Бруно привезли с кляпом во рту (потому что еретические мысли высказывал), раздели донага, прочитали что-то по бумажкам и подожгли вязанки хвороста. После торжества инквизиторской справедливости останки казнённого приняли волны Тибра.
Через 33 года после этих событий инквизиция добралась и до Галилея. Он-то, собственно, никаких католических догматов даже в мыслях сомнению не подвергал, но отказывался признавать, что всё мироздание зациклено на Земле. В телескоп Галилей увидел фазы Венеры - явный признак вращения планеты вокруг Солнца. Однако, учёному мягко намекнули, что не надо никому об этом рассказывать. И уж тем более - книжки писать. А то отправят его вслед за Джордано. Пожилой учёный знал, что за ними не заржавеет, поэтому возражать не стал. На словах отрёкся. Впрочем, глаз Большого брата за ним приглядывал до конца жизни. На всякий случай. Вот и Пастор в фильме хотел уговорить Мюнхгаузена отречься. А тому больше по душе оказался Джордано Бруно, который не стал этого делать.
На том месте, где инквизиторы сожгли Джордано Бруно, сегодня стоит памятник. Ватикан, впрочем, средневековое мракобесие своих служителей так и не признал. В 2000-м году кардинал Анджело Содано назвал казнь учёного «печальным эпизодом» при попытках нести в народ разумное, доброе и вечное. Понтифик в том же году принёс свои извинения «за жестокость, которую иногда использовали в служении истине». Такие дела.
Все иллюстрации - из открытых источников