Разговоры о биатлонистах-астматиках начались в период расцвета биатлона в конце нулевых. Тогда российские журналисты и спортивные комментаторы активно раскручивали новости об астме у таких именитых норвежцах, как Уле-Айнера Бьорндалена и Туры Бергер.
Как выяснилось позже, у этих биатлонистов не было диагноза, но норвежцы всячески отрицали влияния препаратов от астмы на результаты. В ход шли даже такие аргументы: например, российский биатлонист Алексей Волков, страдающий астмой, не бегает быстрее того же Фуркада.
О какой астме речь?
Как правило, речь ведется о таком типе астмы, как "астма физического усилия", если переводить на русский язык. Впервые данный вид астмы был выделен на Западе. Проблема приобретается в уже зрелом возрасте и при профессиональных занятиях спортом.
Строго говоря, для этого нужна либо врожденная склонность к астматическим проявлениям, либо тяжелейшие условия тренировок. Порой это еще и совпадает. Проявляться проблема может в разных видах спорта, но наибольшее число случаев зарегистрировано у лыжников, биатлонистов и велогонщиков. Это связано с тем, что дыхание у спортсменов осуществляется крайне интенсивно и, чаще всего, холодным и влажным воздухом. При интенсивном дыхании холодный воздух не успевает согреться в носовых пазухах и сразу попадает в бронхи, вызывая их спазмирование.
Почему одни скандинавы-астматики?
Миф №1, так как подобный диагноз поставлен атлетам по всему миру. Например, футболисту Дэфиду Бекхэму с детства, велогонщику Крису Фруму в зрелом возрасте. В российском обществе сущетсвует мнение, что российские спортсмены не имеют таких диагнозов и не пользуются соответствующими препаратами. Но доклад уже надоевшего Макларена раскрыл, что Александр Легков имеет терапевтическое исключение (ТИ) для достаточно высокие дозы препаратов от астмы.
Стоит отметить, что получить ТИ на Западе намного проще, чем у нас в России.
Расследование норвежских журналистов
Издание VG провело расследование и выяснило, что перед чемпионатом мира 1993 года существовал госзаказ на массовое использование лекарств для астмы больными и здоровыми лыжниками. По статистике около 70% норвежских медалей с 1993 по 2016 годы завоевали астматики. Опрошенные журналистами ученые подтвердили, что астма-препараты могут дать преимущество на лыжне здоровым лыжникам.
На условиях анонимности телеканал TV2 процитировал слова нескольких норвежских спортсменов, знакомых с ситуацией. В 2011 году в лыжной и биатлонной командах запустили проект, по условиям которого 25 атлетов должны были употреблять противоастматические препараты вне зависимости от результата. Именно с 2011 года показатели норвежцев на лыжне стали расти в геометрической прогрессии.
Информацию подтвердили сборники – Тереза Йохауг и Дидрик Тонсет рассказали, что не имеют диагноза, но принимают лекарства: это помогает расширить дыхательные пути. Раскопали информацию и про Клебо, который тогда был просто перспективным юниором. На ЮЧМ-2016 специальные ингаляции делали и ему – не имеющему официального диагноза.
Позже вскрылось, что норвежцы стали химичить гораздо раньше – еще в XX веке. Перед чемпионатом мира 1993 года в Норвегии существовала госпрограмма по употреблению лыжниками противоастматических препаратов. Затем, перед Олимпиадой-1994 в Лиллехаммере, норвежцы запустили проект по улучшению здоровья дыхательных путей олимпийцев.Это тоже раскопали журналисты, а еще фактами поделилась бывшая лыжница Сири Халле: «Мне тоже предлагали лекарства от астмы, и я не понимала: зачем они мне, здоровой спортсменке? Никто не говорил прямо, что я сброшу несколько секунд, но говорили, что я выиграю от использования вентолина».
Это допинг?
Всемирное антидопинговое агенство (ВАДА) наконец-то санкционировало крупное исследование о влиянии противоастматических препаратов на результаты спортсменов, которые принимают лекарства без соответствующего диагноза. Конечно, разбирательство с этой темой просилось давно, но лучше поздно, чем никогда.
Исследование было заказано у Ульмского университета, к работе также присоединились ученые из Кёльна и Берлина. Для эксперимента отобрали 24 добровольцев – спортсменов не элитных, но тренирующихся на высоком уровне. Затем им несколько раз давали максимальную нагрузку: иногда – с лекарствами от астмы, иногда – только с плацебо. После каждой сессии у испытуемых забирали анализ крови и мочи, а также образец мышечной ткани с помощью биопсии.
Итоги исследования уже были представлены 12 сентября, но широкой общественности станут известны только в этом году.
Так допинг ли это? Пока ответить однозначно нельзя. Стоит дождаться официальных результатов, так как мнения ученых разнятся.
«Кто-то говорит, что это улучшает результаты, но есть много отличной литературы, показывающей, что это не так. Иначе ВАДА и МОК признали бы эти лекарства допингом. Развитие астмы у лыжников имеет естественное объяснение – тяжелые тренировки на холодном воздухе влияют на дыхательные пути», – объясняет 73-летний профессор университета Осло Кай-Хокон Карлсен, который возглавлял проект перед Фалуном-1993 и Лиллехаммером-1994.
«С другой стороны, эти медикаменты могут также влиять на рост мышц", – отмечает немецкий ученый Мария Парр.