Море — это вечное движение и любовь, вечная жизнь.
Жюль Верн
А так-то у нас все по-прежнему, дорогой П., никаких перемен. Сами мы темные, живем в глубинке, до нас все доходит очень медленно. Ты вот пишешь об удивительных вещах — войны, пожары, эпидемии — а я толком и не знаю, что это такое. Удивляюсь, конечно, но чтобы завидовать тебе — нет уж, извини. Пусть все остается таким, как есть. Мне так привычнее. Ты ведь помнишь, конечно, что годы мои уже весьма почтенны.
Признаюсь тебе, что одно местечко в твоем последнем письме растрогало меня до слез, эти твои воспоминания о нашем с тобой счастливом детстве. Да, мой дорогой брат, мы были молоды, и мир вокруг тоже был еще совсем новенький, он остро пах неизвестностью и счастьем. Это было самое начало. А потом пошло-поехало. Эх, да что там говорить...
Время идет. Раньше обо мне много всякого болтали, теперь-то куда меньше пустословят. Оно и понятно — ведь меня все уже давно записали в старухи, и не без оснований. Однако ж до сих пор сердечко колотится, как вспомню все эти нелепые обвинения — уж не буду перечислять их здесь, тем более, что нет им числа.
Хотя, если честно, кое-что все таки было. Помнишь ли их суденышко, которым они так гордились, но для которого даже имя не смогли самостоятельно придумать? Чужое взяли без спроса — «Титаник». Так вот, дорогой П., моих рук дело. Не сдержалась, но и не раскаиваюсь. Мне простительно — женщина все же. Ну, не в духе была, подтолкнула льдину немножко. Ничего, от них особо не убыло. Даже фильм сняли (это ты мне рассказывал — маленькие подвижные картинки на прозрачной пленке, не понимаю в этом ничего).
И правильно ты заметил, дорогой П., они всегда первые начинают. Так что вины за собой не чувствую. Взять хотя бы случай с Андромедой* (так эту человеческую самку звали, кажется). И этот негодяй, что за ней явился... Слов нет. Ну как он мог? И прослыл героем, говорят, среди таких же, как он, негодяев. Вот уж действительно! Это ли не героизм — показать матери голову ее доченьки?
Конечно, Горгонушка моя была не сахар, но я такого никак не ожидала. Любой бы на моем месте окаменел. А он бы не окаменел, этот ничтожный Персей, если бы я ему вот так голову ребенка его продемонстрировала, из поганого мешка достав?
Такие уж времена, брат, ничего не поделаешь. Железный век. Это я к тому, что в гости к тебе я пока не собираюсь, уж прости. Чем ближе к поверхности, тем больше нервов. Лучше ты к нам, в глубинку-то. Хорошо у нас на глубине, спокойно, эти не дотянулись пока. Хотя попытки были, но меня тоже просто так не возьмешь. Так что подумай на досуге об этом, братец! Встретим как надо.
А пока — до свидания. Кланяйся родне, кто остался еще.
Твоя К.
---
*Красавицу Андромеду собирались принести в жертву морскому чудовищу Кето (ударение на последний слог), для чего приковали к скале. В этой неудобной ситуации Андромеду застал Персей. Очарованный красотой девушки, Персей убил чудовище, показав ему голову Горгоны Медузы. Древнегреческий миф говорит, что матерью Горгоны Медузы была Кето.
Некоторые авторы помещают это событие в город Иоппию (современный г. Яффо).
Кето — богиня морской пучины у древних греков. «Китос» переводится как «морское чудо» (вспомните русское «кит»). Родителями Кето были Гея (земля) и Понт (внутреннее море), братом (а заодно и мужем) — Форкис (морской шторм). Кето и Форкис породили массу ужасных существ, в том числе горгон и сирен.
---
Если понравилось, подписывайтесь. От лайка тоже не откажусь :)
Еще почитать:
"Песочный человек"
"Русский Рип ван Винкль и другие винкли"
"Ведущий глаз"