1
- Да тише ты кашляй!.. Прикрой рот ладонью, а не кулаком... Ты нас сейчас спалишь, Герда!..
Винтер приподнялся и посмотрел в узкую щелку. Отсюда, из полуподвального помещения промышленных развалин ему было плохо видно, что происходило на улице. Поэтому он мотал головой, чтобы хоть как охватить взглядом широкую площадку перед зданием, в котором скрывались они с сестрой.
Опять заколотил в груди Герды предательский кашель, и она склонила лицо к своим грязным голым коленям, сильно прижав руки ко рту. Это помогло заглушить гортанные звуки болезни, но ведь были и те, кто воспринимал звук на уровне легкого дуновения. Прошедшая война многое изменила, не только облик планеты, но и людей, преобразив их физически до неузнаваемости, по сравнению какими они были в мирное еще время. Закрепившиеся мутации приспособили определенное количество выжившего населения к новым условиям существования, а те, что оказались с «неудачным» геномом, медленно издохли еще в юном возрасте или стали подходящим кормом для уродливых животных или каннибалов, которые в этих краях были не редкостью.
Винтер с укоризной посмотрел на сестру. Та ему слабо улыбнулась в знак извинения. Парень заново занялся наблюдением.
Он знал, что снаружи кто-то бродит, рыскает в поисках чего-то или кого-то. Мельком попал не так давно в поле зрения Винтера полноватого вида мужчина с вытянутой до живота острой челюстью, но потом быстро исчез. Более Винтер никого не видел, но чувствовал нутром, что рядом среди этих промышленных развалин кто-то присутствует, рыщет ради какой-то цели.
Жизнь с сестрой в постоянной опасности многому научила, а также прекрасно развила восприятие мира на сенсорном уровне.
Винтер посмотрел на сестру. Она сидела на корточках во тьме, прижав руки к груди. Рукава большого прогнившего свитера концами свисали красивой дугой. Девушка ответила понимающим взглядом. Она его хорошо видела, и он ее, не смотря на густой мрак вокруг них. Их глаза давно привыкли к любому времени суток и к любой освещенности. То был их залог выживания. И благодаря этому были еще живы. Парень с девушкой прекрасно видели все до малейших подробностей в этом замкнутом помещении, хотя единственное, через что проникал сюда тонкой полоской свет, было узкое отверстие в стене. Все двери и пустые окна были заставлены гниющими поддонами или же ржавыми листами жестянки. Брат с сестрой в темноте себя чувствовали, как рыба в воде, хотя такое сравнение стало уже непригодным из-за того, что сейчас рыбу можно быстрее увидеть не в реке или озере, а на суше, поедающую различных причудливых насекомых.
Неожиданно Винтер вперил взгляд в светящееся отверстие и выставил раскрытую ладонь Герде – опасно, молчать. Между дальним забором и ветвями деревьев промелькнуло пару раз чье-то коричневое плечо. Теперь оно исчезло с порывом знойного летнего ветра. Кто-то бродит здесь... На охотников не похоже, но точно также умеют быть скрытными.
Едва слышный шорох песка и гравия с улицы заставил Винтера в задумчивости отпрянуть от наблюдательного пункта. Герда внимающим взглядом посмотрела на брата, ожидая от него следующих действий. Парень неслышно направился к ней, схватил за руку и потянул за собой. Девушка покорно повиновалась. Она всегда доверяла ему. Брат мог предугадать и обойти любую грозящую опасность, что не раз продемонстрировал за все годы скитаний по опустевшим городам.
Они беззвучно спустились в нижнее тесное помещение через узкий лаз, затем Винтер закрыл его оказавшимся рядом с отверстием выбитым куском бетона, и умостились возле стены с оголенными красными кирпичами. Там брат с сестрой достали из-за пояса по заточенному длинному ножу крепкой стали. Их частое от напряжения дыхание было также беззвучно, как и все действия. Они прекрасно приспособились к различным и таким переменчивым условиям существования, что их тела могли казаться частью окружающей действительности. Но не сейчас. Здесь, помимо них, были люди, знающие, для чего они тут и просто так с пустыми руками не уйдут.
Некто неизвестный наверху сделал оплошность – легкое шарканье проплыло сквозь бетон до слуха парня с девушкой. Затем снова и снова. То говорило об отсутствии осторожности. Или они уже просто сворачиваются? Тогда это не профи, а подвизавшиеся наемники-дилетанты. Хотя, странно, до этого момента всех их действия были на высоком уровне, а теперь... Странно... Все это так странно...
Сверху, откуда брат с сестрой поспешно ретировались, прозвучал грубый мужской голос:
- Все сворачиваемся! Никого тут нет!
- Так все что ли? – вторил ему голос помоложе, принадлежавший, видимо, какому-то юнцу. – Мы же нашли тут следы, ты сказал, что они оставлены недавно. Что изменилось?
Грохот.
- Скорее всего, они ушли. Даркам видел возле этого здания светловолосую девушку через бинокль. Затем к ней подбежал какой-то смуглый парень и быстро увел куда-то за строение.
- И что?..
- А то, что он, вероятно, почувствовал опасность, и они второпях покинули местность. И сейчас явно уже далеко отсюда, пока мы тут, как последние зеленые засранцы, каждый камешек обследуем. Надо бы заново выйти на позицию и определить новое направление поисков. Даркам!..
- Да, босс!.. – послышался угрюмый ответ.
- Поднимись на крышу, вернее, на то, что от нее осталось и осмотри хорошенько окрестности. Ищи все. Притоптанная трава, погнутая ветка, и пути вероятного их отхода установи!..
- Будет сделано, - проскрипел сурово Даркам, послышались торопливые шаги.
Повисла тяжелая минута тишины. Слышно было только скрип песка и мелких камней под обувью чужаков. Винтер и Герда заострили до предела слух. Но было и без того ясно, что незнакомцы не приближались к тому месту у стены, где был лаз, а продолжали находиться на одном месте. Кто-то сплюнул на пол и произнес:
- Пойдем, Падаль, наружу. Нам здесь больше нечего ловить.
То был тот, кого молодой назвал боссом.
- Хорошо... А когда есть будем? Полдня уже ничего в рот не клали, на одной воде и энтузиазме шарим с утра в этих местах. Может, привал сделаем, босс?
- Успеешь еще свою утробу набить, - гневная усмешка отразилась от голых бетонных стен. – Сейчас Даркама с результатами дождемся и последуем дальше. Жди темноты, сынок, только она тебе подарит и пищу, и сон. А пока привыкай к будням охотников за головами.
- Да какие же мы охотники за головами?.. – звонко пропел молодой. – Просто услышали, как мимо соседней деревни прошла группа людей в поисках выживших уродцев. Вот и мы подрядились на поимку их, узнав какую немалую сумму готов отвалить любой богатей. Просто солдаты очень большой удачи!..
- Прикрой-ка свой хлебальник! – взревел от таких слов подчиненного старший, послышался хлесткий удар и шум чего-то падающего. - В свое время я был лучшим в столице ищейкой, пока легкие позволяли преодолевать большие расстояния. Но болезнь...эта чертова болезнь выбила мою жизнь из колеи, да и зрение подсело... Чего разлегся? Пошли!.. Мерзость ты, а не парень. Не зря же Падалью прозвали.
- Простите, босс, - едва слышно прощебетал молодой.
- Все, наружу, на воздух. Дышать здесь совсем нечем. Туда и Даркам к нам потом присоединится.
Послышались удаляющиеся шаги, которые очень быстро стихли. В здание вернулась тишина, перемежаемая редкими вспышками едва слышного бормотания неизвестных на улице и гулким биением двоих сердец в душном подвале. Спустя время раздалось шуршание ног спустившегося с крыши Даркама. Судя по звукам, он также направился вон здания, и после короткого бормотания чужаков резко тугой тяжестью на уши Винтера и Герды навалилась непроницаемая тишь. Наверное, все-таки покинули местность. Хотя спешить с радостью не стоит.
Пробыв в неподвижности довольно долгое время, к чему привыкли с самого раннего детства, брат с сестрой по сигналу Винтера тихо размяли затекшие тела, но прятать ножи в одежду не стали, как и покидать свое надежное убежище.
Неизвестно сколько еще прошло времени, во время которого Винтер с Гердой переговаривались только с помощью жестов. То был вторым их языком. Повеяло вечерней прохладой, но их закаленные тела не сразу смогли ощутить ее прикосновение.
Парень рукой показал сестре, что пришел глубокий вечер, и на улице, вполне возможно, уже сомкнулась густая тьма. Она в ответ спросила жестом: «Будем вылезать?» Винтер медленно осмотрелся, еще раз, как следует, прислушался к звукам снаружи и утвердительно кивнул, говоря шепотом:
- Вроде безопасно. Можно выбираться отсюда. Ты побудь в здании, а я выйду наружу. Хочу узнать, куда они направились. Да и следы нужно рассмотреть, попытаться определить, что за «птица» посетила нас сегодня.
- Винт, будь только осторожен. Держи нос по ветру.
- Ничего, мой нос чужие запахи за километры чует, так что с ним бояться нечего нам. Сейчас он мне говорит о том, что никого поблизости не осталось. Мы, наконец-то, снова одни.
Винтер пробрался к закрытому бетоном лазу, освободил его, отодвинув камень в сторону, и первым покинул пыльный подвал. Следом за ним последовала сестра. Они ступили на неровный пол помещения, который служил им домом вот уже около месяца. Парень помог Герде выбраться, отпустил ее руку и проследовал к потревоженному узкому дверному проходу, как резко остановился и страдальчески-умоляющим взглядом посмотрел на сестру. Та не сразу поняла причину реакции брата. И только сейчас она почувствовала, как дотоле жесткий пол помещения вдруг стал рыхлым.
- Беги! – воскликнул Винтер, выхватывая рукой нож. – К окну! Быстрей!..
Герда метнулась к закрытому поддоном квадрату в стене и вскочила на край его. Оглянулась.
Помещение осветилось яркой вспышкой. Винтер подпрыгнул, чтобы избежать ловушки, но не тут-то было. На полу проявились очертания человеческого тела, две могучие руки протянулись к парню, жужжание электрошокера поколебало воздух. Последнее, что увидела Герда перед тем, как потерять сознание от удара в голову прикладом автомата, был подъем в полный рост человека, кожа которого безвольно спадала с открытых частей тела, и падение плашмя ее брата возле его ног.
Продолжение следует...