Костромской крестьянин Иван Сусанин, спасший жизнь первому из династии Романовых, царю Михаилу Фёдоровичу ценой собственной жизни — русский национальный герой. Звание, понятно, не наследуемое, однако родственники погибших героев на Руси традиционно пользовались почётом и некоторыми привилегиями. Так произошло и с родственниками Сусанина из деревни Коробово, они получили щедрые дары и привилегии от царского двора. Но по прошествии 246 лет после подвига всего лишились, по воле другого царя из той же династии Романовых, Николая I.
Вопреки распространённому в советское время мнению, Иван Сусанин должен был не указать полякам дорогу на Москву (она была им хорошо известна), а проводить их до деревни Домнино, костромской вотчины к недавно повенчанному на царство Михаила Романова. Царь находился там вместе с матерью, инокиней Марфой. Сусанин отказался и подвергся мученической смерти.
Единственной наследницей Сусанина была замужняя дочь Антонида, проживавшая на родине мужа в другом селе. Её мужу, зятю Сусанина крепостному крестьянину Богдану Собинину, и всему его потомству «во весь род их неподвижно», то есть до скончания рода, и была оказана царская милость. Роду Собининых выделялась пахотная земля в селе Коробове, 18 четвертей (около 10 гектаров) и обширные сенокосные угодья, с тем чтобы потомки Сусанина по женской линии владели ею без уплаты каких-либо податей и сборов. Согласно жалованной грамоте, даже появляться в Коробове сборщикам податей, стражникам, а впоследствии и полиции, было запрещено.
Привилегии жителям Коробова, потомкам Сусанина, подтверждали своими указами и Пётр I, и Екатерина II, а вот при Николае I случился казус. Оказалось, что потомки героя, числом уже более сотни человек, вместо того чтобы, пользуясь безналоговым режимом, развивать своё крестьянское хозяйство, давно уже поголовно вступили в раскольничью секту бегунов.
Сами себя бегуны называли «странниками». Никаких государственных законов и правил они не признавали, главным правилом своей жизни считали «бегати и таитися». Коробово стало прибежищем для многих адептов этой старообрядческой секты из разных уголков России, их укрывали в близлежащих лесах и болотах. Секту бегунов в Российской империи считали самой опасной из всех течений старообрядчества, поэтому в 1859 году жители Коробова были лишены всех льгот и привилегий, за ними был установлен особый полицейский надзор, а местных «активистов» выслали за пределы губернии.
Владимир Царан.