Приходилось ли вам когда-нибудь доказывать, что мыться нужно каждый день, желательно горячей водой? Что свалка под лестницей – это не совсем нормально? Что грибок и плесень на стенах квартиры опасны для здоровья, а готовить на электрической плите, если в доме есть газ, за который платите, нерационально?
Пока в городе обустраивают городскую среду, делая ее максимально комфортной, дом № 57 б на улице Просвещения разваливается по частям. Говорить о комфорте здесь – просто издевательство. Как и о благоустройстве, которое живописует паспорт на жилое строение.
– Из кранов бежит ржавая жижа, а горячей воды нет уже несколько месяцев, – показывает на краны жилец дома Геннадий Колодяжный. – Пользоваться газом получается редко: соседи отгородили свою секцию вместе с общей кухней железной дверью… Достучаться невозможно.
– Батареи в комнатах еле живые, – подключается к нашей беседе Стас, – купаем ребенка, грея ведра кипятильником. Это в ХХI веке-то! Зато в подвале вода, как в бане, парит.
О бывшем хозяине этого общежития напоминают только вывеска на главном входе и план эвакуации при пожаре на одном из этажей, датированный прошлым десятилетием. Кстати, теперь Жилищный кодекс таким домам, как призракам из прошлого, которые лучше не тревожить, дает более витиеватое название – «дома коммунального заселения».
Здесь можно водить экскурсии, а можно снимать фильмы ужасов. От обстановки кружится голова и с трудом верится в то, что видишь. Холл на первом этаже как после разорвавшегося осколочного фугаса. Стены испещрены выбоинами, через проломы в гипсокартоне зияет кирпич, из пустых светильников свисают тусклые лампочки. Батареи срезаны. Штукатурка слезает лохмотьями. По иронии судьбы здесь же офис управляющей компании ООО «Реформа ЖКХ», до 2017 года обслуживавшей этот дом. У входа мрачные люди, которые, озираясь по сторонам, наверняка думают, что у них-то еще хорошо...
– Был порядок, – с ностальгией говорит Наталья Мезина, припоминая когда он закончился: с момента передачи общежития городу или после ухода управляющей компании. – У нас даже домофоны стояли. Это сейчас проходной двор. Пьют, дерутся, грабят…
Кстати, основные работы по капремонту в доме запланированы на 2032 год. Долг за капремонт – 1,2 миллиона…
– Мы не маргиналы, как принято считать, – почти хором говорят собеседники, демонстрируя квитанции ЖКУ, – платим. Только за что? Платят как раз те, кто живет здесь постоянно и больше всего страдает от таких условий. Часть жильцов – квартиранты, по части антуража они не заморачиваются. Свалить мусор под лестницей – привычное дело для них. Владельцам комнат, которые сдаются в аренду, тоже плевать, что происходит в доме. Они, если и появляются, то только для того, чтобы взять деньги с квартирантов или выставить на улицу должников. Еще и поэтому собрать всех собственников для решения дальнейшей судьбы дома – нереально.
– Помещениями первого этажа владеет муниципалитет. Может, город проявит интерес? – робко надеются люди. – Ведь скоро – не дай Бог! – дом просядет и просто обрушится… И с теми, кто платит, и с теми, кто нет.
Многие из обитателей таких заброшенных домов, бывших общежитий, которые Жилищный кодекс красиво именует домами коммунального заселения, демонстрируют удивительную покорность судьбе. А куда деваться? Жизнь… полная ужаса, лишенная логики, из которой, как из самолета, не выйти.
В Орске есть еще около 40 МКД, среди них бывшие общежития, которые остаются без обслуживания. В начале 2018 года их было больше 150
УЖКХ города в поисках управляющей компании неоднократно выставляло дом на торги. В 2019 году дважды, в 2020-м пока один раз. Желающих заключить договор управления не нашлось.