Новая работа Сэма Мэндеса, режиссёра «Красоты по-американски» (1999) – искренней и провокационной картины. Рейтинг «1917» высокий: IMDb – 8.5, КиноПоиск – 8,2. Оскар-2020 в номинациях: лучшая работа оператора, звук, визуальные эффекты. Камбербэтч на постере… Многообещающе, не правда ли? Но при просмотре «1917» если не разочаровал, то вызвал недоумение. Ниже рассмотрю сильные и слабые стороны.
Сильные стороны
История стара как мир: двое новобранцев (Джордж Маккэй и Дин-Чарльз Чепмен) впервые выбираются за пределы гарнизона, чтобы выполнить ответственную миссию. Фишка в том, что мы наблюдаем, как для новичка страшные вещи: трупы и крысы, рваные раны, разрушенные дома, – становятся обыденностью. Увидел мёртвую лошадь – не поверил и обернулся; вляпался в труп солдата – пошёл дальше… Наверное, только операторская работа, этот непередаваемый взгляд новичка на поле боя, удерживала моё внимание до конца.
О двух главных героях не сказано практически ничего. Однако история понятна вне контекста времени, пространства и подробностей жизни героев. Солдаты должны добраться до некоего батальона, чтобы передать послание командира об отмене наступления. В этом батальоне – старший брат одного из героев. Путь лежит через захваченные территории, и неизвестно, отступил ли враг. Тишина держит напряжение: когда герои идут через брошенную боевую базу и разрушенную ферму, кажется, что из укрытия вот-вот выскочит враг, или сработает какая-нибудь ловушка. Так, мы видим двух солдат, которые шагают в неизвестность, напоминая Владимира и Эстрагона из пьесы Беккета «В ожидании Годо».
Природа в фильме – не просто фон или символ. Это действующее лицо, которое может остановить автоколонну, а может – придать сил раненому. Испещрённые воронками и изрытые окопами поля чередуются с лесами, лугами и долинами рек; вишня продолжает цвести даже после того, как её спилили (отсылка к «Вишнёвому саду» Чехова?). Война – войной, а у весны свои законы.
Слабые стороны
Сценарий. С начала фильма возникают логические вопросы, которые мешают воспринимать историю. Например, почему на ответственное задание, от которого зависят жизни целого батальона, посылают новобранцев младших воинских чинов (пусть даже хорошо разбирающихся в картах)? Или почему письмо командира осталось сухим, когда герой в полном обмундировании нырнул в реку? Как герою удаётся всё время бегать от пуль? (Привет, Нео!) И, наконец, каким чудом, вынырнув, герой оказывается в нужном батальоне? (Это было слишком предсказуемо.)
Напоследок, мне, как русскому зрителю, показалось, что сослуживцы общались друг с другом неестественно дружелюбно, и вся история выглядит поверхностной. В картине Кантемира Балагова «Дылда» тема военной травмы раскрыта глубже. И, конечно, обе истории меркнут в сравнении с отечественной и зарубежной классикой («Судьба человека», «Тихий Дон», «Прощай, оружие!»).