Пятничным вечером было хреново. Прошло всего несколько часов выходных, а сидеть в убитой однушке уже осточертело. От компьютера болела голова. Перебрав скромный список доступных развлечений, я посмотрел на часы: 21.30. Пивнушка в соседнем доме работает до 22 часов, пойду, набухаюсь, может, полегчает.
Натянув куртку я вышел во двор. Было непривычно тихо. На лавочке под деревом сидела маленькая фигурка и тихонько плакала. Девочка, на вид лет 10, хотя кто этих акселератов разберёт. Одна. В голове моментально пронеслась подборка охуительных историй с имиджборд, помеченных тэгом «лоли». Спокойно, это реальная жизнь, здесь такого не бывает. Но подойти надо, не бросать же потерявшегося ребёнка в гопоопасном районе ночью.
— Привет, ты чья?
Девочка перестала плакать, подняла головку и лукаво улыбнулась:
— Я своя собственная.
Рыженькая, а глаза голубые. И стройная. Бесы мои бесы.
— Тебе нужна помощь?
— Нет. А тебе?
Я смутился.
— Где твои родители? У тебя есть телефон?
— Нет ни родителей, ни телефона. – девочка слегка наклонила голову набок и снова улыбнулась.
Что делают с потерявшимися маленькими девочками? Молчите гусары, молчите. Обращаются в полицию. Те приедут и разместят (мерзкое слово) её в спецприёмнике, пока не найдут родителей. А если не найдут – отдадут в детский дом. Приходилось мелким пожить в интернате. Это не место для таких ангелочков. Предложить переночевать у меня?
«Это ловушка», - авторитетно заявил разум. Ну и ладно, в конце-концов Тесак уже сидит, а местная ячейка «окупая» состоит из хилых малолетних долбоёбов, отобьюсь если что.
— Пойдёшь ко мне? – да я просто мастер красноречия.
Вместо ответа она протянула руку и мы пошли. Пиво так и не купил. В квартире, пока она возилась в ванной и переодевалась в мою футболку, я лежал на кровати и предавался преступным мыслям. Которые исчезли без следа, когда маленький рыжий зверёк бухнулась рядом, уткнулась мордочкой в подмышку и сладко засопела. Впервые за несколько лет я спокойно уснул.
*
«Чем питаются маленькие девочки?» - прогремела первая мысль при пробуждении. Явно не той дрянью, которой питаюсь я. Пришлось сходить в магазин, набрать молока и фруктов. Есть она согласилась только те, которые сначала надкусывал я, превратив это в весёлую игру.
Потом мы развлекались. Смотрели мультики, играли в салочки, я рассказывал ей сказки, наполовину придуманные тут же.
*
В обед позвонила мать и сказала, что собирается в гости. Я ответил что ко мне нельзя. Она стала допытываться почему. На уклончивый ответ, что сейчас не один, стала допытываться. Я вспылил. Сказал, что с подружкой. Что ей нет и 14, а на последовавшие охи заявил, что впервые с рождения счастлив и не хочу её видеть. Положил трубку. Подружка обняла меня и улыбалась. Мир был прекрасен.
*
Утром меня разбудил звонок в дверь. Я открыл дверь, в груди резко похолодело – на пороге стоял участковый и спрашивал что-то про детей. Что делать? Спрятать маленькую гостью? В этой конуре прятаться негде. Будь что будет. Главное говорить поменьше.
Участковый вошёл и осмотрелся. Заглянул в ванну, где лежала одна зубная щётка, на кухню с одной ложкой и одной тарелкой. Проверил шкаф, в котором оказалась только мужская одежда одного размера. Извинился, осведомился о здоровье матери. Я ответил, что у неё бывают заскоки, возраст, что поделать. Он просиял, как разгадавший тайну Коломбо. Задал дежурные вопросы, не видел ли я чего противозаконного, в итоге расстались мы на дружелюбной ноте, даже обменялись телефонами.
Закрыв дверь, я вернулся к подружке, которая всё это время стояла рядом молча.
— Значит, тебя на самом деле нет?
Вместо ответа она укусила меня за палец. Боль была настоящей и волной прошла по всей руке.
— Есть я, и есть ты. Это всего остального на самом деле нет, - она снова прижалась. – Поцелуй меня.
Я улыбнулся и поцеловал её в лоб.
— Не так. По-настоящему!
Я взял её на руки, отнёс на кровать, лёг рядом и прижался к маленьким пухлым губам, чувствуя, как сердце выскакивает из груди.
*
Участковый скептически отнёсся к звонку ненормальной женщины, недавно оклеветавшей родного сына. Который теперь пропал, на звонки не отвечает, дверь не открывает. С его точки зрения, такое развитие событий было ожидаемым. Но дама написала заявление об исчезновении. А на телефон парень действительно не отвечал. Пришлось идти разговаривать с управдомшей. Она нашла старых хозяев квартиры, у которых завалялись ключи. В квартиру к «исчезнувшему» удалось попасть без помощи слесаря, что обещало сократить бумажную работу.
На кровати лежало и обнимало пустоту окоченевшее тело. Участковый вздохнул: «Эх, довели парня», — и сел составлять протокол.
Позже экспертиза подтвердила смерть от сердечной недостаточности. На теле не было видимых повреждений, кроме маленького следа от укуса на пальце, так что дело закрыли.
Пятничным вечером было хреново. Прошло всего несколько часов выходных, а сидеть в убитой однушке уже осточертело. От компьютера болела голова. Перебрав скромный список доступных развлечений, я посмотрел на часы: 21.30. Пивнушка в соседнем доме работает до 22 часов, пойду, набухаюсь, может, полегчает.
Натянув куртку я вышел во двор. Было непривычно тихо. На лавочке под деревом сидела маленькая фигурка и тихонько плакала. Девочка, на вид лет 10, хотя кто этих акселератов разберёт. Одна. В голове моментально пронеслась подборка охуительных историй с имиджборд, помеченных тэгом «лоли». Спокойно, это реальная жизнь, здесь такого не бывает. Но подойти надо, не бросать же потерявшегося ребёнка в гопоопасном районе ночью.
— Привет, ты чья?
Девочка перестала плакать, подняла головку и лукаво улыбнулась:
— Я своя собственная.
Рыженькая, а глаза голубые. И стройная. Бесы мои бесы.
— Тебе нужна помощь?
— Нет. А тебе?
Я смутился.
— Где твои родители? У тебя есть телефон?
— Нет ни родител