из письма другу:
“Ничего я не боюсь. Я боролся со зверем. Я сражался и с настоящими зверьми- людьми. Сражался и с огромным зверем- океан и земля. И больше всего, как дикий зверь, со своей женой- я любил ее. Богов и чертей не боюсь. А смерть мне безразлична. Ничего я не боюсь. Только одного: старость. Боюсь, что то время, не придет, когда не смогу писать. Когда буду ждать свою невесту, чтобы она меня покормила, потому, что не могу встать. Только этого и боюсь. Что буду стар и беспомощен."
Писатель Зорбаса, Н. Казадзакис, жил до 76 лет. Он умер у себя дома, стоя у окна, оставив в памяти столько красот зелени, которую он увидел, вспомнив сколько женщин обнял, сколько у него детей. Счастливый человек.
~~~
Выходя из дома, вижу упавшее тело у входа. Несколько секунд, я в замешательстве, медленно, понимая что это старик. Он вышел, чтобы посидеть на лавочке и упал, лежа там в своей беспомощности, он не может подняться.
“Помоги мне”, - говорит он, как будто, я стою напротив его.
Беру его руку, что бы поднять его, но у него нет никакой силы и воли, чтобы встать и что бы не вывихнуть плечо, начинаю подталкивать его сзади.
Когда он видит, что я ухожу, пугается.
-“Не уходи!” с ужасом он просит. “Помоги мне встать”.
-“Я не уйду, не бойтесь”, сказала я.
Возвращаюсь и пытаюсь его поднять, он тощий но очень тяжелый. Странно, как трудно поднимать человека, который упал.
В конце концов у меня получится хотя бы посадить его, подумала я. Поворачиваю его так, чтобы он облокотился о дерево, чтобы он не упал снова. Рубашка изодранна, на штанах коричневые пятна. Он слишком стар, но его кожа светится.
-“Спасибо”, - говорит он мне.
-“Ничего я не сделала, не за что.”
-“Старость- это плохо”, делаешь так, как говорит Она тебе. Бормочит он себе под нос.
-“Я знаю, я поняла”, отвечаю я.
-“Ты не поймешь”, - говорит мне старик. “Если не прожил, не можешь понять.”
~~
Часто люди, прибывают в иллюзии. Мы думаем, что мы можем понять ситуацию, потому что мы читали книги, видели фильмы, мы об этом думали, размышляли.
Мы думаем, что знаем, что такое быть беженцем, потому что наши предки были беженцами, или потому, что сравниваем себя с беженцами.
Мы думаем, что знаем, что такое война потому, что мы видели много фильмов про войну.
Мы думаем, что мы можем понять драму родителя, который потерял ребенка, потому что и мы родители.
Но ничего не можешь понять, почувствовать, как это на самом деле, если не столкнулся с этим сам. Далеки мы с книгами и фантазиями от этого, мы не живем в этом , делаем вид, что живем. Думаем как это будет, если оказались бы в этих событиях.
Оставляю старика на лавочке, иногда прихожу и ухожу, будто, я наблюдающий фонарь за ним. На этот раз подошли помочь другие- один полицейский, держит пакет со льдом, другой, который ему позвонил.
Старик сидит на скамейке с рассеченной бровью в крови и опухшим веком. Похоже на этот раз, он упал на лицо, даже не успев подложить руки, чтобы остановить падение. Он смотрит на меня некоторое время, но не узнает.
~~~
Несколько дней назад ,по личному делу была в доме престарелых. Все там- старожилы. Многие, не могут даже встать с постели, с катетеров медсестры кормят их, как младенцев.
Одна старуха, все время кричит и вообще невозможно разобрать её слов. Старик облокотившийся на подушку, смотрит на стену. Другой в чуть лучшем состоянии, ходит взад и вперед, от стены к стене, как в заключении по коридору с пи наружу.
Маленькая старушка садится рядом со мной и заглядывает, что я читаю.
-“Что говорит?” в какой-то момент, она спрашивает меня, показывая подбородком на книгу.
-“Фантастика” отвечаю.
-Не похоже, что она понимает, но упорно смотрит.
-"Хотите?” говорю ей. “почитать;”
-“Не вижу, что вы сможете .”
-“Хотите, я почитаю вам, немного?” спрашиваю.
Я читаю страницу, в том месте, где Севек путешествует на космическом корабле по планете и думаю, что старушка, как-то среагирует, скажет что-то о межзвездных путешествиях, или что-то еще более странное.
Взглянув на нее, чтобы увидеть, какие у нее впечатления. Вижу, что она спит, сидя на стуле, как ребенок, которого убаюкали сказкой.
Два дня спустя, я снова приехала в клинику, замечаю стариков и думаю, что попала в другое время. Бабушка, которая тает на кровати, когда-то была молодой и бегала по полю. Старик в другой комнате, который смотрит в стену, он был подростком и задирался с девочками. Другой, может воевал на фронте. А девочка (так говорит наша медсестра “девочка моя”), которая не может поднять руку, когда-то была прекрасной и у нее было очень много воздыхателей, когда она проходила мимо. Бабушка с палкой может была учительницей и читала "Человек- Невидимка" . А старик с кислородом, когда-то открыл свой магазинчик.
Все они были детьми, когда-то, потом выросли, полюбили, женились, они работали, рожали, воевали, женили своих детей, они читали, ходили в кино, в первый раз выпили, а потом собирались компаниями и ели столько, сколько могли себе позволить, гуляли, оплакивали, зарабатывали и тратили деньги, путешествовали, болели и поправлялись, они это всё жили.
И теперь остались только их тени, эти пустые глаза, голые головы и сухое тело.
Старость. Беспомощна.
“Ты не поймешь”, - сказал мне старик, который упал, “что такое старость”.
Я не могу- это понять. Знаю. И, возможно не хочу- это ощутить.
Но я помню кое-что: "Мы ценим только тогда, когда теряем."
Ты понимаешь, как здорово, что не болят зубы, только тогда, когда начинается зубная боль.
Ты понимаешь, что “твоя” собака, была членом семьи только тогда, когда ей надо сделать эвтаназию.
Ты понимаешь, что значит Родина, только тогда, когда живешь долго среди чужих людей, в отдаленной части планеты. Где ты мой незнакомец....
Ты понимаешь, как любишь её, лишь когда теряешь её.
И, когда вижу как старики исчезают с клиники, достаю свою тетрадь и пишу в спешке список -10 вещей, которые нужно сделать, прежде чем я появляюсь там, не как посетитель.
Ходить, а может и бегать. Это круто, когда ты можешь стоять на ногах.
Готовить вкусные блюда с солью и маслом, с приправами, со всеми видами специй.
Быть чаще на солнце, чтобы закрывая глаза, повернуть лицо к небу.
Носить красивые одежды, в какой цвет мне придет в голову, в любое сочетание, которое хочу.
Смеяться, злиться и плакать.
Прочесть книгу, которую всегда оставляю на потом ("Братья Карамазовы" Достоевского, Тома Роббинса).
Гладить собаку, пока ей не надоест и она уйдет.
Хочу научиться делать что-то новое: рисовать, вязать крючком, играть на саксофоне, водить автомобиль.
Посмотреть с сыном фильм" Железный человек".
Заниматься любовью.
Выйти замуж.
Насладиться сном и мечтами.
Услышать снова, весь “The Wall” Pink Floyd.
Танцевать.
Не уснуть до рассвета.
Пойти в туалет.
Попить воды.
Сказала о Десяти вещах? Но есть так много вещей, которые -Мы можем сделать, но не придаем им значения, потому что не можем.
Наверное, название этого текста должно было быть: “100 вещей, которые нужно (снова) сделать, прежде чем ты состаришься”.
Или может 1000? И снова говорю о малом.
