Все тревожнее приходят новости из Сирии и Турции, ситуация накаляется и грозит перерасти из конфликтной в турецко-сирийскую войну и крайнее обострение отношений Турции и России. Эрдоган выдвигает ультимативные требования к Дамаску вывести войска из идлибской зоны, подконтрольной турецким вооруженным силам по сочинским соглашениям, угрожая ответными ударами "возмездия". Москву турецкий лидер обвиняет в пособничестве сирийским войскам, в результате действий которых в Идлибе гибнут не только турецкие военные, но и мирные граждане. Турция спешит заручиться поддержкой НАТО, прежде всего США, для "урегулирования ситуации в идлибской зоне деэскалации". Внутри Турции нарастает напряжение и антироссийские настроения, вплоть до угроз российскому послу, обстановка становится похожей на ту, что предшествовала уничтожению нашего бомбардировщика и убийству Андрея Карлова.
Конфликт в Идлибе эксперты предсказывали задолго до этого и по нескольким причинам. В самой Турции обостряется политическая обстановка, чему способствует спад экономики, усиление оппозиционных настроений, особенно в националистической исламистской среде, и сопротивления курдских сепаратистов, очередное нарастание недовольства в армии. Эрдогана обвиняют в излишнем авторитаризме, "развороте" в сторону Москвы и ухудшении отношений с НАТО, ЕС и США.
С приходом Эрдогана к власти Турция стала претендовать на ключевую роль ближневосточного лидера, в том числе исламского, с акцентом на поддержку тюркских народов и жесткую позицию по территориальным и пограничным спорам с соседними странами. Конфликт с Дамаском Эрдоган затеял еще в 2012 году, при этом не получив полного одобрения ни политических элит, ни армии, ни населения. Государственную границу с Сирией турки считают условной и готовы перекроить ее по своему усмотрению, присоединив к Турции часть соседских территорий, тем более обосновав это защитой проживающих там туркоманов. С этими же целями они поддерживают и любые оппозиционные Дамаску вооруженные формирования, независимо от признания их мировым сообществом террористическими.
Несмотря на различные договоренности, Анкара ни в коем случае не собирается отказываться от задачи сохранения своего влияния хотя бы над частью северных территорий Сирии. В сложившейся ситуации лишение контроля над Идлибом для Эрдогана означает значительную утрату политических позиций, прежде всего внутри Турции. Чтобы не допустить "потери лица", он готов пойти на самые крайние меры, вплоть до политических провокаций против Москвы и прямого военного столкновения с Асадом.