Дворянство Российской империи привыкло жить хорошо, а если кончались средства, то самым лучшим способом их выискать было заложить поместье. Так отпрыск некогда великого рода получал большую сумму и продолжал жить, ни в чем не нуждаясь.
Поскольку, начиная с 1785 года – исключение можно сделать только на короткое правление Павла I (1796-1801) – служить дворянам не требовалось, то многие кроме как от поместий, иного дохода не имели.
По благосостоянию дворян немало ударила война с Наполеоном. Обрастая долгами все больше и больше, они, однако, продолжали жить на широкую ногу.
Правительство всячески старалось поддерживать помещиков, считая, что именно на них оно сможет опереться, однако едва ли это могло помочь. Дворянство с радостью брало кредиты, совершенно не желая вкладывать полученные средства в развитие поместий и прочее.
Очень любопытен один случай. В 1844 году в правление Николая I неожиданно для всех тульские помещики обратились к императору с предложением освободить всех своих крестьян, наделив их при этом землей по одной десятине на душу (примерно 1,1 га). Отмечу, что в соответствии с законом Российской империи 1827 года помещикам запрещалось обезземеливать своих крестьян и на каждую крепостную душу должно было выделяться не меньше 4,5 десятин земли.
Само собой, освобождение крестьян было не безвозмездным, и, разумеется, с крестьянами никто его обсуждать не собирался.
Наглость тульских помещиков не имела границ. Во-первых, одной десятины на душу (учитывались только население мужского пола) было очень мало. Освобожденные крестьяне сразу же попадали бы в жесткую зависимость от помещика и, по сути, никакой свободы не получили бы. Вторым условием было следующее: освобожденные крестьяне должны были выплатить большую часть долгов своих хозяев (!).
Таким образом хитрые тульские помещики решили и отделаться от многолетних долгов, и сохранить крестьян на полузависимом положении, и прослыть самыми прогрессивными и, наверное, даже стоит добавить, просвещенными дворянами Российской империи.
По этому делу сразу же был учрежден соответствующий комитет. Наверное, несчастных тульских крепостных крестьян и «освободили» бы, если бы не одна особенность эпохи Николая I. Вся страна утопала в куче бумаг. Бюрократия достигла такого ужасающего размаха, что даже сам император поговаривал, что Россией правит не он, а столоначальники.
Завязалась длительная переписка, которая ни к чему не привела. Видимо, тульские помещики решили – поскольку дело они задумали хоть и прибыльное для себя, но благородное, то давать взятки им нет нужды. Ну а без взяток в николаевской России дела не делались никогда.
В 1847 году тульские дворяне вновь обратились к императору, все же желая довести благородное дело «освобождения» до конца. Их также поддержали не менее гуманные и продуманные помещики Рязанской губернии, а следом за ними и Смоленской. C представителями дворян Смоленской губернии Николай I даже встретился лично. Заметим в скобках, что 1847 год был неурожайным, а забота о крестьянах в этом случае должна была ложиться на помещиков. Видимо, это подтолкнуло к столь гуманному шагу смоленских дворян.
Впрочем, «освобождения» крестьян ни в Туле, ни в Рязани, ни в Смоленске так и не произошло. В Европе началась «весна народов», загремели революции, и Николай I прекратил все разговоры о изменении государственного строя.