Шестеркин, Самсонов, Василевский
— Вы удивлены, что Игорь Шестеркин вытесняет самого Хенрика Лундквиста из ворот?
— Так Хенрику сколько лет? 38 почти. Он практически мой ровесник (Брызгалову — 39. — Прим. «СЭ»). А это очень тяжело. Я, вон, подняться с дивана-то порой не могу. Посидишь чуть-чуть, посмотришь телевизор, и — то спина, то плечо, то еще что-то, ха-ха. Конечно, рефлексы замедляются, скорость падает. А Шестеркин — парень молодой. Я его увидел, когда он играл против «Филадельфии» в выставочном матче на предсезонке. Невероятное впечатление оставил. Я с открытым ртом наблюдал. Как он играл! Они хоть и уступили «Флайерз» 1:4, но как Игорь играл! Он столько раз вытащил, столько раз спас!
Это была феноменальная игра в его исполнении. 40 с чем-то бросков по его воротам было, но броски-то броску рознь. «Летчики» и «два в ноль» убегали, и даже «три в ноль»! Одних только выходов «один в ноль» было штук шесть! Чего только не было. Про «два в один» или «три в два» и говорить нечего. «Рейнджерс» просто не было на льду. Шестеркин играл один — и все равно держался. Я смотрел и наслаждался. Его мастерством, уверенностью, хладнокровием. Феноменальный парень.
— И что бы вы отметили в его игре?
— Да все. Он очень хорошо катается, здорово занимает позицию в воротах, чтение игры у него на высоком уровне, клюшкой классно действует. Всегда готов к броску — это просто full package (полный пакет. — Прим. «СЭ»).
— Вы то же самое о Василевском говорили.
— Так и этот парень туда же. У нас вратари вообще — какие-то монстры.
— Самсонов — тоже монстр?
— Я хочу его как-нибудь посмотреть вживую. Когда «Вашингтон» приезжал в Филадельфию, играл Холтби.
— А сейчас Брэйден все чаще в запасе. Потому что Самсонов его переигрывает. Но примерно так же было и в 2018-м, когда Грубауэр переиграл Холтби в регулярке, но после двух матчей плей-офф был посажен в запас и больше ни секунды на льду не провел.
— Если так и продолжится, то Самсонову вполне могут довериться в плей-офф. У Ильи огромный потенциал. Он не Грубауэр. У него и мастерства побольше, чем у немца. Тут дело времени — чуть добрать опыта, обвыкнуться. Но я не удивлюсь, если Самсонов будет основным вратарем у «Вашингтона» в плей-офф.
— По другому монстру — Василевскому. У него любопытные метаморфозы. В первой трети сезона он играл совсем не так, как должен играть действующий обладатель «Везина Трофи». Особенно в матчах, где по его воротам наносилось меньше 25 бросков. У него в таких играх было примерно 82 процентов отраженных — кошмарный показатель. А потом он обратился к командному психологу. И теперь — снова претендент на приз лучшему вратарю. Удивительно.
— Ничего удивительного. Вы, возможно, не поверите, но помощь психолога в случае вратаря может дать очень многое. И не случайно Андрею это помогло. Психолог не поменяет технику, игровые моменты, но Василевскому это и не нужно совсем. У него все в полном порядке с техникой. Проблема-то, очевидно, была в другом. Психолог может прояснить тебе вопросы, на которые ты сам не можешь найти ответ. Не понимаешь, как реагировать на те или иные вещи, ситуации, и тут тоже многое прояснится. И это очень сильно тебя меняет.
— Вы когда-нибудь обращались к психологу?
— Да. Один раз обращался. Еще в «Анахайме». И он мне очень сильно помог.
— Вы те уроки запомнили на всю жизнь?
— Совершенно верно. До сих пор помню. И сыну те сказанные мне вещи внушаю.
— Что же вам такого сказали?
— Вы хотите, чтобы я нарушил конфиденциальность между доктором и клиентом? Я скажу, что он дал очень дельные советы. Они очень помогли.
— Тот психолог из «Тампы» объяснял, что пытался изменить ментальный подход Василевского в голевых моментах. Чтобы вместо «я обязан отразить этот бросок» было «я хочу отразить этот бросок». Ну, и вовлеченность в игру поднять на новый уровень — чтобы было как можно больше общения с полевыми, игры на выходах, и фокус не смещался. В каком хоть направлении работали с вами?
— Тут же все индивидуально. У одного вратаря одна проблема, у другого — другая. Здесь нет общего рецепта. Решать же проблемы тоже можно по-разному.
