Взявшись за руки, Абрахам и Дженни медленно гуляли по ночной крыше новой высотки, не обращая внимания на недовольных голубей, которые торопливо отползали с пути пары и сердито курлыкали на ночных гостей. Смех, шутки, пикировка взглядами, вот что, действительно, было важно для них. Дойдя до края крыши, они синхронно плюхнулись на зеленый плед, свесив ноги с парапета, облицованного черно-белой мраморной плиткой. Рядом с пледом стояла зеленая пластиковая корзинка, из которой торчала бутылка вина и виднелась упаковка готовых сэндвичей.
«И все-таки дурацкая идея отмечать годовщину наших отношений на крыше - сказал Абрахам, смотря на автомобили, припаркованные у небоскреба далеко внизу. Они казались совсем игрушечными, казалось, можно просто взять в руку и повертеть ее, как модельку из магазина игрушек.
Оглядевшись, Абрахам проворчал: - Как романтично – голуби, бутылки и окурки».
« По-моему, это получше, чем сидеть в кафе и смотреть, как ты доедаешь 3 порцию своих любимых крылышек – прыснула Дженни.
Она положила свою маленькую ладошку на колено парню и, умильно состроив рожицу, прошептала: - Ну не дуйся, ты же сам знаешь, что мы копим на нашу свадьбу, и каждый отложенный цент приближает её все ближе и ближе.
«А помнишь нашу первую встречу? – спросила девушка, прижавшись к плечу Абрахама. Я увидела тебя, свесившегося из окна, и промчалась по лестнице как дура на 5 этаж, думая, что ты решил спрыгнуть вниз».
« Да-да, я перегнулся через подоконник, чтобы оторвать этот чертов кусок рамы, мешающий спать и скрипящий как диван у старой проститутки. А когда ты из соседнего окна начала визжать про грех самоубийства, то на самом деле чуть не спрыгнул вниз от неожиданности! – засмеялся молодой человек.
Перегнувшись через Абрахама, девушка вытащила из корзинки вино, и смешно зажмурив глаза, отпила немного из бутылки. Затем, вскочив на парапет, она начала прыгать по плиткам, чередуя черные и белые. Прыг-скок, прыг-скок.
- Аккуратнее! – нахмурился Абрахам, поддавшись вперед и волнуясь за свою любимую девушку.
- Не переживай, мой принц, твоя принцесса так много раз делала в детстве. Это же как классики, только высота побольше, – рассмеялась в ответ Джесси, шутливо сделав книксен перед переживающим парнем.
Прогремевший гром заставил взлететь голубей с поверхности крыши и ринуться в разные стороны от надвигающейся стихии, а Джесси, неловко отмахиваясь от нескольких птиц, ринувшихся в ее сторону, потеряла равновесие и шагнула в пропасть за черно-белым парапетом. Подскочивший и перегнувшийся через парапет Абрахам, беспомощно хватал воздух, в попытке нащупать руку своей невесты, по его щекам змеились дорожки слез, а губы шептали: «Нет! Джесси! Нет!»
…Абрахам резко сел в кровати, и потирая лицо ладонями, начал в вполголоса себя успокаивать: «Всего лишь сон, это просто сон!». Затем, повернувшись вполоборота, парень погладил спящую к нему спиной девушку по голове и прошептал: «Джесси, я ведь еле успел поймать твою руку тогда на крыше. Не делай больше так никогда». Встав с кровати и подойдя к окну, Абрахам подкурил сигарету и выпустил первую струйку белого дыма в форточку, задумчиво смотря на ночную улицу сквозь давно немытое окно. Молодой человек совсем не обращал внимания на прядь волос, которая налипла на его пальцы, на тошнотворный запах в комнате и на несколько мух, которые бились в окно, пытаясь найти выход наружу.
Из-за шума в комнате, живой ковер из зеленых и блестящих мух, который покрывал вторую половину кровати, взметнулся вверх, обнажив зеленоватое и пахнущую гнилью мясо , кожу деформированного женского тела. Оставшиеся мухи потирали лапки и вытягивали хоботки, ползая по открытым рваным участкам с гниющей плотью, а за окном скрипел полу оторванный кусок рамы. Скрип-скрип.