Результат, полученный без труда, обесценивается быстрее.
Вспомните, это было недавно. Нас ещё много, кто помнит. Мы не жалеем о тех временах. Они прошли и уже не вернутся. В одну реку нельзя, ну вы в курсе. Идея общества, где все равны, обернулась грандиозным пшиком. И тут неважно, предатели предали, враги проникли, или карта так легла. Будь идея сильной, никто бы не смог её поколебать. А тут - полный снос. Теперь строим что-то новое. Но забываем - самые крепкие дома стоят на старых фундаментах. Стоит взять из прошлого лучшее и оставить в нём ошибки, ненависть, злобу, кровь, подлость.
Мой друг, Дима Амосов, был заядлым фотолюбителем и коллекционером. Более противоречивой дружбы в моей жизни не случалось. Учились в одном классе, жили в одном дворе, играли в футбол, лазили в петровском доке, исследовали овраг и старинную церковь, ухаживали за одной девушкой. И дрались. Скрытое соперничество, тут уж ничего не поделаешь. Скрывать не стану, в драках он чаще одерживал верх.
В те годы в Союзе часто крутили индийское кино. Я не пропустил ни одного фильма, потому что пристально следил за главными героями, как те расправлялись с врагами. Мне наивному казалось, что просматривая фильмы, я научусь драться так же. Когда я рассказал о своём плане деду, то очень его повеселил. Однако, дед не ограничился смешками в мой адрес и отдал меня на бокс. Два года занятий и во дворе появился новый шериф. Но мы уже выросли к тому моменту, Димка ушёл в ПТУ-48.
Отец моего дружка не очень-то участвовал в воспитании сына, жили они врозь. Моряк загранплавания – это как высший титул социального успеха. Уж не знаю, кем он числился, но самые вкусные жвачки привозил во двор именно он и щедро угощал всех детей. А ещё он подарил Димону фотоаппарат ФЭД. Сейчас уже мало кто вспомнит, что назывался он так в честь Феликса Эдмундовича.
Современные гуру инстаграм, выкладывающие сотни фотографий, сошли бы с ума, узнай они, что раньше для фотодела существовало куча приспособлений. Фотоувеличитель, светонепроницаемый бачок со спиралью, лампа красного света, ванночки для фиксажа и проявителя, кассеты с плёнкой. Появление фотографий на свет происходило в темноте. И в ванной потом сушились свежерождённые прямоугольники. История.
Я не был фотолюбителем, но благодаря дружбе с Димкой знаю всю эту кухню. Не раз сидел впотьмах, ожидая свою фотокарточку. А коллекционировал мой друг пачки заграничных сигарет. Сейчас этого не понять, а тогда яркие красивые коробки с золотым или серебряным тиснением казались сокровищами. Ротманс, Данхилл, Палл Малл и другие «вкусняшки».
Ни я, ни друг мой не курили, поэтому до определённого времени все пачки были целыми. Но после того, как Димка перешёл в ПТУ много всего произошло. Он уже считался взрослым, а я учился в школе. Парни из ПТУ считались хулиганами, да чаще всего и были таковыми. Дима пытался доминировать, но вы помните про мои занятия боксом. Паритет силы вынуждал быть взаимовежливыми. Жили в целом мирно. Опять же, наша дворовая команда по футболу была самой сильной в округе, что сплачивало.
Вообще мой друг был очень талантлив, хотя и учился из рук вон. Он сам себе шил брюки и свитеры. Много вы знаете балбесов, способных на такое? То-то и оно.
Потом я ушёл в армию, и наша дружба перешла в режим письменного сообщения. Через полгода после меня ушёл и он. Я служил в ГДР в танковом батальоне, он в центральной России в стройбате. Эта профессия сыграла с ним потом злую шутку, а может, всему виной было дикое время, пришедшее на смену застою. Страна так ускорилась, что не все за ней успели. После армии я женился и уехал на Камчатку, а Дима влез в долги для раскрутки своего бизнеса. Партнёры кинули, квартиру отобрали за долги и Димон примерил на себя судьбу всех постсоветских бомжей. Через много лет, когда я вернулся обратно, в одной из сводок местного РУВД, что печатались регулярно в газете «Рабочий Кронштадт», промелькнула новость, что на чердаке обнаружен труп лица без определённого места жительства и его фамилия. Судьба – дама строгая. Все, кто обманул Димку, кончили плохо. Один сторчался, другой потерял ноги и сам отправился жить на теплотрассу.
Сейчас трудно представить, что пару десятков лет назад мы жили как на фронте. Каждый день газеты и телевизор рассказывали о новых жертвах Эпохи Накопления Первоначального Капитала. Димка стал одной из этих жертв.
Трудно представить. Сейчас мы фотографируем со скоростью автомата и тут же выкладываем фотографии на всеобщее обозрение. Затовариваемся в гипермаркетах товарами, о которых в годы моей молодости и мечтать не могли. И это хорошо. Но вместе с лёгкостью многие процессы обесценились. Давно ли вы печатали фотографии для альбома? Облачные хранилища – это прекрасно. Но как видно я ретроград, раз считаю, что некоторые вещи слишком интимны, чтобы доверять их мировой паутине.
Эра изобилия породила странный феномен - вещи и чувства слишком быстро превращаются в мусор. Мы тонем в этом мусоре, не имея сил, отделить от него действительно ценное.
Прошлое нельзя вернуть, на то оно и прошлое. Но без памяти о нём наше будущее незавидно.