Нашла на столе у эстетствующего коллеги книжку преподавателей Кембриджа Томаса Финка и Юнга Мао «85 способов завязывания галстука», сначала приняла за очередной гид по стилю для мужчин – самый бесполезный род литературы. Мужчины их никогда не читают, а женщины не могут понять, о чем там речь.
Но работа Финка и Мао – это нечто уникальное. Авторы книжки не дизайнеры и не светские обозреватели. Они – математики. Дело в том, что в математике существует отдельный раздел – теория узлов. В конце XIX века физик Уильям Томсон, первый барон Кельвин (узел №3) предположил, что все в мире состоит из узлов. Атомная теория тогда находилась в зачаточном состоянии и идеи рассматривались самые странные. Гипотеза барона не подтвердилась, но теория узлов появилась на свет. Узлы, согласно общему основанию теории, завязываются по математической решетке и имеют предельно ограниченное число типов (сейчас – около семи), но хотя математически они могут быть идентичны (как чашка и пончик), форму они могут иметь самую разнообразную.
А что в конце концов такое мужской галстук, как не полоска ткани, завязанная в узел? Поняв это, Финк и Мао задали ограничения по формуле в рамках теории узлов: сколько существует узлов таких, чтобы они были симметричные (во всяком случае, в границах эстетики) и более-менее стандартными (все эти «трилистники» и прочие извращения убираем), пригодными для ношения в виде галстучного узла (не развязывались) и ограниченными при завязывании всего одним концом (тем, который широкий, активный).
Выяснилось, что математика знает всего 85 таких узлов! Причем только 16 из них имеют название, то есть те, кто завязывает любимый «путинский» виндзор на самом деле могут завязывать его совсем не так, как Путин. Для уточнения, в книге есть подробные схемы всех 85 узлов. Кстати, герцог Виндзорский никогда не носил узел «виндзор», а просто использовал плотные галстуки, которые визуально увеличивают узел.
Тут бы, конечно, нужно вывести мораль. Но это может выйти очень печально, ведь мода, тем более мужская, где галстук мифически относится и к обмундированию римских легионеров, и к масонскому фартуку, оказывается рабом обычной счетной машины, уже описанной и задающей границы. Никакой романтики.
С другой стороны, в британской гильдии изготовителей галстуков до сих пор ждет своего часа ящик бордо тому, кто изобретет одновременно «элегантный и практичный» новый галстучный узел.
Хотя, если Финк и Мао правы, то зачем искусственному интеллекту ящик вина?