Генерал-майор Н. К. Спиридонов будто заглянул в будущее и еще в мае 1939 года предложил советским властям замаскировать Кремль на случай боевых действий. Он даже сделал точные эскизы «шифровки», но они были проигнорированы. А зря.
До 22 июня 1941 года такие значимые объекты, как Кремль, никак не были скрыты от сил противника.
На четвертый день войны Спиридонов снова обратился к руководству государства. Он направил свое предложение уже непосредственно Лаврентию Берии. Проект плана маскировки принадлежал группе архитекторов, возглавляемой Б. М. Иофаном.
Спиридонов настаивал на срочном создании условий, которые бы затруднили врагу обнаружение резиденции правительства. Иначе атаки с воздуха должны были разгромить его в прах.
Однако только 9 июля законом утвердили список архитекторов и художников, которые должны были заняться маскировкой наиболее важных объектов столицы. Власти сомневались в успехе данного мероприятия.
Были предложены 2 варианта маскировки. Один из них предусматривал снять кресты, убрать блеск куполов соборов. Другой – перекрасить важные здания под обычные дома, поставить макеты городских кварталов и провести ложный мост через Москву-реку.
Маскировке подлежали оборонные заводы, водопроводные станции, Кремль, Центральный телеграф, нефтехранилища и мосты. В итоге были использованы частично оба варианта маскировки.
На крышах некоторых зданий нанесли полосы, с высоты полета похожие на автотрассы, на мавзолей натянули чехол с рисунком трехэтажного дома. Все красные звезды и другие огни погасили.
Маскировку утвердили слишком поздно. Учитывая огромные площади «шифровки», бомбардировки начались раньше, чем были установлены все ложные мишени.
Несколько бомб даже упали прямо на Кремль и его окрестности, однако многие не взорвались. Как будто высшие силы оберегали столицу.
Подлинники эскизов маскировки сегодня можно увидеть в виде музейных экспонатов.