Еще несколько лет назад этого человека можно было встретить на бульваре Мира с мольбертом и кисточкой в руках. Он писал портреты и дарил их горожанам.
Сегодня Анатолий Феофанов уже не рисует на улице. По крайней мере, зимой. В конце ноября Анатолию Моисеевичу исполнилось 90 лет. Но, несмотря на возраст, он бодр и полон творческих планов. Вся его квартира в «сталинском» доме на проспекте Автозаводцев заставлена картинами. На стеллаже – огромное количество этюдов. Художник приглашает гостей к столу: «Согрейтесь горячим чайком, ведь на улице холодно». Присаживаемся. Скажу вам – беседовать с горячим чаем дома у художника – одно удовольствие.
Двенадцатый ребенок в семье
Родился Анатолий Феофанов в городке Няндема, что в Архангельской области, в 1926 году. В семье он был двенадцатым ребенком. Мама, Мария Александровна Цветкова, всю жизнь работала по дому. Один из ее предков – польский полковник Ян Ковальский был сослан на Север за участие в восстании Тадеуша Костюшко. Папа, Моисей Моисеевич, родом из Вологды. Его мать (бабушка Анатолия Феофанова) – из старинного дворянского рода Ендогуровых.
Почти все братья и сестры получили высшее образование. Николай стал начальником отдела кадров Северной дороги, Владимир – инженером-авиастроителем, Александр – главным архитектором Смоленска, а затем Львова.
– В Няндеме братья занимались тем, что ставили спектакли. И, соответственно, сами рисовали декорации. Александр был очень хорошим художником, – рассказывает Анатолий Моисеевич. – Мне стало интересно, и я тоже стал рисовать. Тогда мне остались в наследство от братьев книги и рисунки.
В 1943-м в Великую Отечественную войну семья переезжает в Челябинск.
– Очень голодно стало на Севере. Давали карточки, но на них невозможно было получить хлеб. Стояли день и ночь в очередях. По железной дороге шли одни составы с военной техникой. А вот в Челябинске, когда мы переехали к сестре, все было по-другому, – рассказывает Феофанов. – Продукты питания кое-какие были. Здесь уже сажали картошку.
Анатолий учился в школе, писал картины, которые висели у сестры. Однажды приходит к ней, а картин на стенах нет, оказывается, увезли на областную выставку, где Феофанову присудили второе место. А ведь тогда он страшно боялся выставок.
У каждой болезни – свой цвет
В 1952 году после окончания медицинского института Феофанов приезжает в Миасс. Устроился в ГБ № 2 врачом-терапевтом. И проработал на этом месте до… 1996 года.
Говорит, живопись очень помогала в медицине. Как? Да тот хорошо лечит, кто хорошо диагностирует. Ведь каждая болезнь имеет свой оттенок.
– Смотришь на поведение пациента, обращаешь внимание на цвет лица, – поясняет художник. – Иногда я краем глаза наблюдал за поведением, за движениями человека, но так, чтобы тот не заметил. И можно было понять, чем болен человек.
– Анатолий Моисеевич, вы же долгожитель. Не каждый доживет до ваших лет. А какие советы можете дать современному поколению?
– Старайтесь не употреблять излишнее количество лекарств. Есть крайние случаи, когда, конечно, их надо выпить. Но бывает и так, что чуть поднялось давление, и человек хватается за лекарства. Излишне это. Организм сам себя регулирует.
Стоит заметить, что Феофанов никогда не курил. Выпивал, но только чуть-чуть и по праздникам. Из главных качеств человек отмечает доброту. Агрессивные люди чаще гибнут, считает он. Глядишь, а их и не осталось в живых.
– Анатолий Моисеевич, а вы верите в Бога?
– Конечно. Как говорится, догадаться, что Бог есть, невозможно, но убедиться в этом легко. Работая в медицине, это замечаешь. Порой случаются чудеса. Человек по всем показателям должен умереть, но он выживает. И наоборот.
Рисует только маслом
В 60-е годы Феофанов подружился с миасскими художниками Евгением Никольским и Виктором Зотеевым. Занимался у них в студии, часто собирались вместе, в дружеской обстановке обсуждали картины.
– Зотеев был интересный художник, но со многими живописцами жил не в ладу, – вспоминает Анатолий Моисеевич. – Дипломатией не отличался и сразу говорил всю «правду-матку». Я легко переносил критику, а вот другие обижались. Никольский был более мягким человеком. Придет и долго-долго смотрит на картину. И молчит. Вот здесь-то и начинаешь волноваться.
Больше всего Анатолий Феофанов любит рисовать пейзажи, но в последние годы его больше занимают сюжетные картины. Пишет исключительно маслом. Говорит, оно позволяет хорошо передать оттенки. Акрилом художник не пользуется. Возможно, потому что краски стали нынче дороги, один тюбик стоит 200 рублей.
– Раньше масляные краски можно было приобрести за копейки. И картон для рисования доставал без проблем, – поясняет он.
На полке в соседней комнате у Феофанова лежит огромная стопка полотен. В 90-х годах, когда делал ремонт, из-за нехватки места отнес два чемодана этюдов в подвал. Там были специальные ячейки, где жильцы хранили свои вещи. Потом квартиры на первом этаже продали под магазины, и их владельцы, перестраивая помещения, выбросили работы художника. А ведь там было немало интересного.
Пел каждый день
В числе любимых художников Феофанов называет Исаака Левитана, Василия Поленова, Илью Репина. Говорит, что у последнего очень сильно прорисованы детали. Если нарисован шелк, то он и смотрится, как шелк, если бархат, то как бархат. В картинах Левитана очень много настроения. Среди любимых писателей отмечает Льва и Алексея Толстых.
Кроме увлечения живописью Анатолий Моисеевич серьезно увлекался пением. В ДК Автомобилестроителей занимался вокалом у бывшей артистки Софьи Артуровны Манн. Пел каждый день. К счастью, в доме была хорошая изоляция, поэтому соседям беспокойства не доставлял. Любимое произведение – ария «Сердце красавиц» из оперы Джузеппе Верди «Риголетто». Вспоминает, что однажды исполнял ее на конкурсе, и зрители попросили повторить «на бис». Но один из членов жюри тогда сказал, что на смотре еще раз исполнять нельзя. А жаль. А еще Анатолий Моисеевич очень любит слушать Энрико Карузо и Марио Ланса.
Сегодня у Анатолия Феофанова трое внуков. И двое сыновей, которых он воспитал сам. Дело в том, что супруга умерла, когда Анатолию Моисеевичу исполнилось 32 года, и он остался с двумя сыновьями на руках. Младшему из них было тогда всего три года. Больше художник не женился.
Кстати, сын Александр пошел по стопам отца. Сегодня он трудится в горбольнице, продолжает врачебную династию и частенько навещает отца, в квартире которого время от времени появляются новые работы.
Владимир Мухин