Накануне 1972 года в Москве состоялась премьера ставшей впоследствии легендарной комедии «Джентльмены удачи». Свидетели тех событий рассказывают, что билетов на кино было не достать, зато спекулянты перепродавали их с бешеной накруткой, и всё равно в залах не было пустого места.
Фильм снял режиссёр Александр Серый, хотя многие ошибочно приписывают эту картину Данелии. На самом деле Георгий Николаевич вместе с Викторией Токаревой был лишь автором сценария. Сам знаменитый режиссёр вот что говорил об этом:
«Из-за своего несдержанного, ревнивого нрава Саша оказался в тюрьме. Ему дали 8 лет, но вышел он досрочно, через четыре года, не имея ни денег, ни работы. Мы с ним дружили, вместе учились еще на Высших режиссёрских курсах, поэтому я ему предложил: пишу сценарий и становлюсь художественным руководителем картины, а снимает он».
Действительно, Серый из-за женщины вступил в кровавый поединок, из которого вышел победителем, но оказался на скамье подсудимых. После его освобождения Данелия решил помочь однокурснику и принёс на «Мосфильм» сценарий под названием «Рецидивисты». В нём изначально всё было не так, как позже мы увидели в кино, хот писался он специально под Леонова.
Только вот его герой должен был быть милиционером, перевоспитывающим криминальный элемент, а не заведующим детского сада. На уголовников тоже предполагались другие артисты: Юрию Никулину отводилась роль многожёнца, Андрею Миронову — жулика по кличке Пижон, а Ролан Быков должен был сыграть фальшивомонетчика. Из всех заявленных актёров в итоге остался лишь Савелий Крамаров, для которого предполагалась роль карманника по кличке Косой.
Но «по ходу пьесы» менялось всё. Многие артисты отказались по своим причинам, сюжетные линии не были одобрены руководством. Сценарий переписывался, снова начался кастинг актёров. Пересмотрели десятки претендентов, прежде чем выбрать Георгия Вицина на роль Хмыря. Но дольше всего искали Василия Алибабаевича. Поначалу хотели пригласить Фрунзика Мкртчяна, но у него были в то время какие-то проблемы с милицией, так что его кандидатуру сразу отклонили. Владимир Этуш, как и Илья Рутберг, не убедили. А потом вдруг вспомнили о Раднэре Муратове, который в ту пору играл в театре киноактёра, и он идеально вписался в роль.
До сих пор многие удивляются, как в начале 70-х могли пропустить фильм с таким количеством блатной лексики. Скорее всего, возымел действие авторитет маститого режиссёра, который помимо сценариста выступил ещё и худруком ленты.
«Про «мужика в пиджаке» (памятник Лермонтову) мы с Данелией сами придумали. Серый виртуозно владел тюремным сленгом, фразочками, которые чудесно ложились в текст. Но Данелия и сам не рос домашним мальчиком. Он тоже прекрасно знал уличный жаргон, так что его лепта в словарном запасе персонажей тоже есть», —
вспоминает Виктория Токарева.
Тем не менее, чтобы не напортачить, сценарий всё же разослали по силовым ведомствам, чтобы там внесли свои коррективы. Как и предполагалось, многим «дядям в погонах» не понравился именно блатной жаргон, так как они посчитали его пропагандой тюремной романтики, «которая может быть поддержана молодёжью». Поэтому некоторые словечки пришлось заменять на более нейтральные — «сарделька», «редиска», «петух гамбургский» и даже «Навуходоносор».
И всё-таки финальную точку в вопросе «быть или не быть?» поставил лично генеральный секретарь «дорогой Леонид Ильич Брежнев». Очень часто картины, прежде чем оказаться на экране, проходили «тестирование» у него. Брежневу фильм очень понравился, тем более что комментировал его зять, работавший в МВД и не понаслышке знакомый с ситуацией. Зная мнение генсека, художественный совет без лишних разговоров пропустил картину.
Правда, одну претензию всё же выдвинул — мол, шлем чересчур бутафорский. Но, согласитесь, любой зритель готов простить эту мелочь, за радость вновь наблюдать игру любимых актёров, которых уже, увы, нет в живых…