Эта история началась давно, а закончилась неделю назад. Настолько поразило это всё, что я перелопатил кучу литературы, чтобы найти разъяснения всего этого. А теперь попробуйте вы найти эти ответы.
Лет 5-6 назад мы с друзьями поехали на рыбалку, в Азовские плавни. Рыбачим сидим, вдруг из-за камышей к нам стал приближаться какой-то пакет. Его гнало ветром, не особо быстро, поэтому Ваня стал метать в него спиннинг, чтобы зацепить крючком. Спросите зачем? Перед этим я сказал, что именно так должен выглядеть пакет с баксами, и Ваня не выдержал. Зацепил, вытащил, в пакете было 4 котёнка - 3 мёртвых, а один пытался шевелиться. Видно, бывшие хозяева или груз не положили, или воздух в пакете не дал ему утонуть, но один выжил, и Игорь забрал его себе. Удивило, что котята были не новорождённые, каких обычно топят, а, наверно, месяц-два по возрасту. Короче, не буду надоедать лишними подробностями, скажу одно - Ваня с Тритоном друг в друге души не чаяли.
Кот вырос большущим, чёрным, холёным и, что греха таить, злым зверем. Когда хозяев не было дома, Гришка оставался вместо собаки, и я вас уверяю, что даже друзья не рисковали зайти в дом, когда Тритон нёс свою вахту. Зато в остальное время он любил лежать, или на шее хозяина, вместо воротника, или на его груди.
Прошло несколько лет. Всё шло своим чередом. Только Иван как-то рассказал, что кот приболел, стал каким-то замухрышкой, похудел сильно, а через месяц после этого заболел и товарищ. Появился кашель, одышка, кожа пожелтела, как следствие - испортился характер, раздражительность, подозрительность. Всё ему казалось, что на него кто-то порчу навёл или сглазил, причём обоих с котом.
В один прекрасный день прибегает ко мне, возбуждённый весь, практически в истерике и начинает рассказывать такое, что даже я со своими «злыми яблонями» стал на него смотреть подозрительно. Вот что он рассказал мне:
- Сам знаешь, - начал он, - Тришка любит у меня на руках и на груди лежать, а как заболел, так постоянно лежит и лежит. Только стал я замечать, что сам он худеет, а мне тяжелее, когда он на грудь мне давит, стал я его сгонять, а он в наглую лезет. Потом я сам заболел, а теперь додумался я. Он из меня здоровье вытягивает. Ведь смотри, где лежит, то и болит постоянно. Сначала шея заболела, с хондрозом этим, перестал ложиться на шею - и болеть перестала. А на грудь ложится, и совсем задыхаюсь уже. Короче, убил я его.
Я выпучил глаза.
- У тебя вообще крышу сорвало? Причём здесь кот? Сколько тебя к врачу гоним? - заорал я на него.
А надо сказать, что Ваня не очень местным врачам доверяет, считает, что они одну таблетку и от головы и от живота прописывают, лишь бы подороже.
- Подожди, не гони волну, - говорит, - дальше слушай. Просыпаюсь сегодня ночью от того, что дышать трудно стало, открываю глаза, а Триш лежит на груди у меня и его нос вплотную к моему рту. Я выдох делаю, а он с силой это вдыхает. Вот тогда я всё и понял. Он заболел, и из меня здоровье вытягивает вместе с дыханием. Я это как-то по телеку видел. Его жизни кончились, он мою использует. Помнишь же, и в пакете он один остался… Схватил я его, выскочил на улицу, взял за ноги да об угол башкой и через забор на пустырь закинул. Теперь, думаю, на поправку пойду.
Через две недели ему стало ещё хуже, его отвезли в краевую клинику, потом обнаружили рак.
Месяц назад говорит:
- Умру я скоро. Тришка стал приходить, как живой. То во дворе его увижу, то в окно. Холёный, как раньше. Может зря я его убил?
Я ничего не ответил. Только нахмурился.
Две недели назад Ваня умер. Похоронили его. На девять дней пошли на кладбище помянуть, а там, среди венков, Тритон мёртвый лежит. Выходит не убил. Или не прожил тогда свои жизни.