Для чего
нужны деньги?
Деньгами можно
дать взятку,
деньгами можно
взять взятку.
Когда у тебя
семья, ребенок,
любовница,
без денег
не обойтись.
Значит,
не обойтись
без взятки.
Если Кристина
(любовница)
узнает, что ты
подарил супруге
новый айфон,
разразится скандал.
Оставит без сладкого.
Начнутся угрозы.
Раньше угрожали
какими-то письмами,
он читал в романах.
Ха! Письма.
Проклятый век информатики
на компромат
богат:
фото, пьяные смс,
голосовые,
журналы звонков…
Черт бы побрал
эту современную летопись!
Один айфон
автоматически значит:
надо купить два айфона.
Нет, три,
еще один – дочери.
Иногда Артур
представлял себя
кошельком.
Как в мультфильмах,
неодушевленный предмет
на ножках
с большими глазами
и ртом.
Не просто кошельком –
кошельком-боксером,
избитым,
взмыленным,
с заплывшим глазом.
Кошелек –
Рокки IV.
Звук смс,
возвещающий о зарплате,
как гонг,
объявляющий новый раунд.
Хук, хук,
айфон, айфон –
два стремительных удара,
пробивающих нарисованный пресс.
И третий, заключительный –
в челюсть.
Из глаз – звезды.
Если айфоны покупают,
значит это кому-нибудь нужно.
На одну зарплату
не проживешь,
приходится как-то крутиться.
Слава богу,
у папы –
мохнатая рука,
и он сумел выхлопотать
доходное место.
Знай себе,
протирай штаны в кабинете
размером с трехкомнатную квартиру
да собирай подати,
как какой-нибудь
хан татарский.
Только не спится ночами.
Страшно.
Первый сон
Артура Павловича:
в темном зале,
освещенном
лампочкой Ильича,
сидит за хлипким столом
он, чиновник.
Он себя почему-то
видит со стороны.
Он за этим столом
больше похож
на жучка в костюме,
чем на представителя
homo sapiens.
Вдруг гремит гром,
открывается где-то дверь.
Свет ложится на пол
прямоугольником.
Он не видит,
кто там,
в дверном проеме,
но жучок за столом
видит –
и дрожит крупной дрожью.
Холодеет внутри.
Явился
Сам.
Как Вий,
поднимите, мол,
веки.
«Брал?» -
Сам гремит.
«Да не брал я,
не брал», -
шепчет жучок,
но голоса нет,
и потому
нет ответа.
Рядом жена,
рядом любовница,
с ними – дочь.
У каждой в руках
по айфону.
В свете экранов
их лица –
ведьмины маски
над котлом
с колдовским зельем.
Три женщины,
три Парки,
Клото, Лахесис, Атропос.
«Брал», – говорят.
«Я не брал!» –
кричит он
без всякого результата.
Тогда Сам
хватает грубо
за воротник
самовитой рукой
и тащит в тюрьму.
А там –
волоокое мужичье
глядит на него
и недобрые планы
вынашивает.
Предчувствуя страшное,
не имея
ни малейшего желания
досматривать сон,
Артур просыпается
в холодном поту.
Что за жизнь?
Давно бы порвал
с Кристиной!
Она тебе больше
не по карману.
Жалко!
Неприятно думать,
как она становится
чьей-то еще
содержанкой.
Так и живем.
Страна беднеет,
Артур беднеет,
Кристина же,
наоборот, богатеет.
Справедливо!
Не противоречит
совсем
закону сохранения энергии.
Второй кошмар Артура
тоже связан
с Кристиной.
Вот дьяволица!
Он грезит,
что жена, дочь, теща
уехали куда-то
на отдых.
Простившись с ними,
проследив в окно,
как растворяются
в закате
родные-близкие,
Артур наряжается,
бреется,
брызгается одеколоном –
шмыг за порог.
Берет такси –
к любовнице мчит.
В руках,
из воздуха –
во сне ведь
все возможно! –
букет, шампанское,
икра, подарок
в коробке с красной лентой.
Кристина
ждет его
в роскошном
пеньюаре,
едва прикрыв
внушительную грудь
(третий размер,
оплаченный
из бюджета России).
Интерьеры –
люкс,
а не привычная
однушка в Бибирево
за казенный счет.
Шампанское искрится
в бокалах.
Артур сыплет шутками
в предвкушении сладкого.
Когда приходит
потехе час,
он в ужасе
вдруг открывает,
что не готов.
Увял, поник,
как клен,
как жалобный
подснежник.
Артура не спасает
даже пробужденье.
Кошмар ушел,
осадочек остался.
Вот жизнь Артура.
Жизнь как сон.
Кошмар.
Артур,
суровый стулодержец,
кабинетная гроза
и повелитель властный
денежных потоков,
устал,
намаялся
и истощился.
Всегда
меж двух огней,
всегда украдкой,
всегда во лжи,
озлобленный,
помятый,
неудовлетворенный.
В подземном рокоте
он слышит,
как жизнь
грохочет мимо,
летят купюры
мимо,
так и не осев
в карманах.
Живет
он вечно
на последние.
Увидели бы его
в метро
коллеги,
покатились со смеху.
Но что поделать?
Ведь, в конце концов,
метро быстрее,
надежнее такси.
Есть свет в конце туннеля:
тридцать три лимона.
По слухам,
столько им дадут –
похлопотал начальник,
дай Бог ему здоровья! –
на разработку
плана превентивных мер
по предотвращению
и предупреждению
террористических атак
и террористической угрозы.
Тридцать
заберет начальник,
два – его жена,
начальница соседнего отдела.
Оно понятно:
загородный дом,
где надо провести ремонт,
разбить красивый парк,
конечно же, с фонтаном.
Вот бы поглядеть!
Быть может,
позовут на шашлычки?
Не позовут – черт с ними.
Останется лимончик,
вот на него
уже наточен зуб.
Наверное,
начальство не обидит.
Он с ними делится
и ждет
услугу за услугу.
Quid pro quo.
Сей жирный куш
давно разложен
на мечты.
С Кристиной – в Альпы,
новая машина,
поездка в Ялту
с дочкой и женой
на поезде.
Убаюканный мечтами,
Артур заснул.
Вагон все дальше мчится
навстречу взрыву,
смерти,
финишу,
концу поэмы.
Чиновник видит
свой последний сон.
Вжух!
Он в панцире
хитинном.
Сущий Кафка!
Удастся ли Артуру
прослыть добропорядочным жуком,
чтоб Колесо Сансары,
зайдя на новый круг,
повысило его,
ну, скажем,
до осла?