Полнолуние во Льве

Яркое, какое же оно яркое - солнце южного французского городка! Набережная то ли Средиземного моря, то ли Атлантического океана так и дышит роскошью, приглашает растянуться на шезлонге, глотнуть свежего южного вина или шампанского и смотреть в эту синюю, яркую, блестящую даль. Как больно сознавать, что ты создана для роскоши, но не можешь себе её позволить! Её руки касаются мочек ушей, вставляя дорогие сережки с бриллиантами, скользят по ним, макушка головы гордо тянется вверх, ни дать, ни взять светская львица, леди, герцогиня... И только поспешность, с которой она закрывает заветную коробочку с покупкой, и просящий взгляд, каким она смотрит на пожилого мужчину, своего спутника, выдаёт в ней всего лишь содержанку...

Долго, почти равнодушно смотреть на изысканнейшее пирожное, взять крохотную, натёртую до блеска вилку, подцепить самый краешек, элегантно и сдержанно положить его в рот, - этому искусству Ирэн научилась из некоторых стильных фильмов. Так что была уверена, что её богатому до неприличия спутнику (а, возможно, о счастье, - будущему мужу!) не стыдно показаться с ней на людях. Да, она умела преподнести себя, слово кольцо с бриллиантом на подушечке из атласа. А потом уминать это пирожное с невероятной скоростью, одной, в гостиничном номере.

И смотреть, с сожалением смотреть на него, старого, пьяного в стельку посреди бела дня... А ей ещё до жути хочется веселиться, танцевать под громкую, ритмичную музыку, красиво ступать по краешку бассейна, быть в центре самой богатой вечеринки, в самом красивом платье... И всё же. Поездки на яхтах, поздние ужины, подарки, букеты, духи, бриллианты... Разве можно это променять на другую жизнь? Её руки были просто не созданы для чего-то ещё, чем носить эти кольца, её глаза, как только смотреть в эту синюю даль или хотя бы на оперную сцену, где непонятно, о чём они поют, но боже! - как они красиво одеты, как пахнет роскошью здешняя публика, какие бархатные перила под рукой, какие кресла и какие люстры.