Мне об этом думать поздно. Лучше так, без лишних дум, Взять и сбацать в день морозный Праздник лета - весь в цвету! Приобнять одной рукою, Растянуть другой рукой, И, соседей беспокоя, Вдарить песней громовой! Чтобы сердце встрепенулось, Чтобы стены затряслись! Чтобы зад взлетел со стула, Ноги в пляску сорвались! Растянуть на всю катушку! Всё вокруг разволновать! Ах, гармонь моя - старушка, Мне б меха не разорвать! - Да, давно ты, дедушка Егор, свою гармошку не расчехлял, - говорит коза Машка, - а жаль! Музыка, она все мирские недуги лечит! Об этом ещё сам Плутарх говорил! - А кто это? - спрашиваю я. - Композитор какой-нибудь немецкий, что ли? - Да нет, что ты дедушка! - блеет коза. - Это философ один древнегреческий. Он две тысячи лет назад жил. Ох, и умный мужик был! - А-а-а! - киваю я. - Откуда же ты тогда знаешь, что он гармонь любил и так говорил? - Ну, я не то чтобы знаю, - пожала рогами Машка. - Но предполагаю! - Хотя, конечно, - улыбаюсь я. - Если он умный был, запросто м