Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
cveta tabolova

Иоан златоуст о покаянии

Господь, зная слабость нашей природы, когда мы, преткнувшись, впадаем в какой-нибудь грех, требует от нас только того, чтобы мы не отчаивались, но отстали от грехов и поспешили на исповедь. И если это мы сделаем, Он обещает нам скорое помилование, потому что Сам говорит: «Разве, упав, не встают и, совратившись с дороги, не возвращаются?» ∗ ∗ ∗ Не откладывай на завтра, этому завтра никогда нет конца. ∗ ∗ ∗ Чтобы получить нам прощение от Бога, недовольно помолиться два и три дня; надобно произвести перемену во всей жизни и, оставив порок, постоянно пребывать в добродетели. ∗ ∗ ∗ Не столько погубляет грех, сколько отчаяние. Согрешивший, если протрезвится, покаянием скоро исправляет свой поступок – а кто отчаивается и не кается, тот потому и остается без исправления, что не употребил врачевства покаяния. ∗ ∗ ∗ Не говори мне: я погиб; что мне остается делать? Не говори мне: я согрешил; что мне делать? У тебя есть Врач, Который выше болезни… Если Он произвел тебя из небытия, то тем более

Господь, зная слабость нашей природы, когда мы, преткнувшись, впадаем в какой-нибудь грех, требует от нас только того, чтобы мы не отчаивались, но отстали от грехов и поспешили на исповедь. И если это мы сделаем, Он обещает нам скорое помилование, потому что Сам говорит: «Разве, упав, не встают и, совратившись с дороги, не возвращаются?»

∗ ∗ ∗

Не откладывай на завтра, этому завтра никогда нет конца.

∗ ∗ ∗

Чтобы получить нам прощение от Бога, недовольно помолиться два и три дня; надобно произвести перемену во всей жизни и, оставив порок, постоянно пребывать в добродетели.

∗ ∗ ∗

Не столько погубляет грех, сколько отчаяние. Согрешивший, если протрезвится, покаянием скоро исправляет свой поступок – а кто отчаивается и не кается, тот потому и остается без исправления, что не употребил врачевства покаяния.

∗ ∗ ∗

Не говори мне: я погиб; что мне остается делать? Не говори мне: я согрешил; что мне делать? У тебя есть Врач, Который выше болезни… Если Он произвел тебя из небытия, то тем более может исправить тебя.

«Беседы о покаянии»

Не станем отчаиваться, но и не будем совершенно безпечны: то и другое пагубно. Отчаяние не позволяет встать лежащему, а от безпечности падает и стоящий; то обыкновенно лишает приобретенных благ, это не позволяет избавиться от постигших зол. Нерадение низвергает и с самого неба, а отчаяние сводит в самую бездну зла, тогда как отсутствие отчаяния скоро изводит и оттуда. Вот смотри на силу того и другого. Дьявол прежде был добр, но, сделавшись безпечным и отчаявшись, пал в такую злобу, что после уже и не восстал.  А то, что он был добр, — так послушай, что Христос говорит: «Я видел сатану, спадшего с неба, как молнию» (Лк.10, 18).

Сравнение с молнией показывает и светлость прежнего состояния, и быстроту падения. Павел был хулитель, и гонитель, и обидчик; но так как возревновал и не предался отчаянию, то и восстал, и сделался равным Ангелам. Напротив, Иуда был апостолом, но, предавшись безпечности, сделался предателем. Разбойник, так как не отчаялся и после такой злой жизни, то прежде всех других вошел в рай; фарисей, по самонадеянности, пал с самого верха добродетели; мытарь, не поддавшись отчаянию, так исправился, что опередил и фарисея. Хочешь, покажу тебе и целый город, сделавший это? Так спасся целый город ниневитян. Хотя приговор повергал их в отчаяние, так как пророк не сказал, что если они покаятся, то спасутся, но просто: «Еще три дня, и Ниневия будет разрушена» (Иона 3, 4), однако же, несмотря на то, что Бог угрожал, и пророк вопиял, и приговор не допускал ни отсрочки, ни ограничения, они не пали духом и не потеряли доброй надежды.

Бог для того не сделал в этом приговоре ограничения и не сказал: «Если покаятся, то спасутся», чтобы и мы, когда услышим Божий приговор, произносимый без ограничения, тоже не отчаивались и не унывали, взирая на пример ниневитян.

Итак, зная это, не будем никогда отчаиваться, потому что нет ни одного столь сильного оружия у дьявола, как отчаяние. И мы не так радуем его, когда грешим, как – когда отчаиваемся!