Национальный арактер — это совокупность наиболее устойчивых, характерных для данной национальной общности особенностей восприятия окружающего мира и форм реакций на него. Национальный характер представляет собой, прежде всего, определенную совокупность эмоционально-чувственных проявлении, выражаясь в первую очередь в эмоциях, чувствах и настроениях — в предсознательных, во многом ирро-циональных способах эмоционально-чувственного освоения мира, а также в интенсивности реакций на происходящие события.
1. Новая жизнь
Оля и Миша молодожены. Окончив, энергостроительный техникум, они попали по распределению в город Мары Туркменской ССР на строительство ГЭС. Миша с Олей познакомился в техникуме. Оба они учились вдалеке от дома, живя на скромную студенческую стипендию, радуясь всей общагой не частым посылкам, которые собирала в тайне от мужа Олина мама. Оля в семье была старшей среди троих сестер, и вдобавок ко всему прочему, она была ребёнком от первого брака. Отчим её называл не иначе, как по отчеству- Ивановна, давая понять ребёнку, что ты не его. Матери Ольги было очень больно за свою дочь, но ничего поделать с этим она не могла, всячески ухищряясь, поддерживала, как могла мир в семье. Жить в деревне было нелегко, особенно падчерице. Всё подсобное хозяйство было на Оле и ещё две её сестры. Окончив восемь классов, можно сказать, что она сбежала с родного дома.
А что касается Миши, так это пятый ребенок в семье, единственный мальчик. Отец умер от длительной болезни, после полученных ран на Великой Отечественной войне. Безграмотная мать тащила на себе, как могла, пятерых детей. Единственно, что она умела, так это вязать пуховые платки, этим ремеслом и поднимала детей. Писать и считать она не умела, но всем детям стремилась дать образование. Деньги она различала по цвету – красненькая, зелененькая, синенькая. Приехав в чужой город, мальчику с деревни, пришлось самоутверждаться среди студенческой молодежи. Сосед по комнате, показав пару аккордов на гитаре, ушёл в армию. Гитара перешла Михаилу по наследству. Старенькая разбитая гитара собирала вокруг Михаила пол общаги.
Защитив дипломы, Миша с Олей сыграли скромную студенческую свадьбу, и через неделю уже прибыли по предписанию на работу. Опять привычный быт общаги, но уже для семейных. Но Михаилу чего-то не хватало, не хватало всеобщего внимания его персоне. Не хватало гитары, её пришлось оставить первокурснику, как переходящий вымпел. И после первой заработной платы Михаил стал перед выбором: купить гитару или кровать, так как общаговская совсем развалилась. И вот первая семейная ссора. Олины доводы, что она беременна и кровать им необходима, так как на старой ей спать не удобно, были отвергнуты. И гитара одержала победу.
Но не долго музыка играла, не долго пел аккордеон (в виде гитары), Михаил получил повестку в армию. Оставив молодую беременную жену на старой кровати, исчез на два года.
Без Михаила, стало в общаге как-то тихо и одиноко. В их комнату почти никто не заглядывал, только изредка на кухне кто- нибудь Олю ради приличия спросит, как ему служиться. Письма от него приходили еженедельно, как газета, тёплые, скучающие, наполненные нежностью. И Оля верила, что всё у них хорошо.
Оля вышла в предродовой отпуск, и тут спохватилась, что для ребёнка ничего не готово. На те отпускные, что ей заплатили, она смогла купить только ванночку, верблюжье одеяльце и отрез ткани. Целую неделю она с этого отреза мастерила пелёнки, распашонки и чепчики. И только тогда она до конца осознала, что скоро появиться новая жизнь. И эту жизнь нужно поддерживать на её скромные доходы до прихода мужа с армии.
Боясь остаться одной без помощи, Оля в положенный срок пришла в роддом. Её положили в большую, светлую палату, заставленную вплотную койко-местами. Оля зашла в палату, и стало сразу тихо, она поздоровалась, ей ответила только одна женщина, остальные молчали и внимательно наблюдали: какую кровать она выберет. В палате было две свободные кровати, Оля присела на, стоящую в углу, кровать. Гул возобновился, женщины между собой стали переговариваться и качать головами, но Оля их не понимала, так как они говорили на туркменском языке и приняли её за свою. Та женщина, которая ответила ей на приветствие, поняла в чём дело и перевела Оли, чем они обеспокоены. Оказывается, на этой кровати рождаются только девочки. « Разве твой муж не хочет мальчика?» - интересовались женщины. Оля сидела в растерянности и не сразу смогла им ответить, конечно, он хотел мальчика, они и имя выбирали для мальчика. Тогда она пересела на другую кровать, но тут такое началось… Женщина ей переводит, что это плохая кровать: на ней младенцы или роженицы умирают. Оля сразу же вскочила и вернулась на первую кровать. Выбор сделан.
В палате были роженицы опытные, некоторые не в первый раз приходят за очередным ребёнком; городских было мало в основном с аулов. Пришло время обеда, медсестра заглянув в палату, пригласила в столовую. Но кроме Оли и её переводчицы никто в столовую не пошёл, остальные из своих тумбочек стали доставать свои запасы, которые приносили им родственники. Обет был простым, но сытным, Оля с аппетитом всё съела. Компот можно было пить сколько хочешь, в палате стояла такая жара, что Оля с удовольствием выпила тройную норму. Когда она пришла в палату, то увидела трогательную картину: полную тишину нарушает почмокивание и посапывание кормящихся младенцев. Она внимательно наблюдала, как мамаши их кормят, ведь скоро и её это ждёт, а ведь у неё никакого опыта нет, и мама, которая бы подсказала, далеко.
Напившись ещё компота и за ужином, Оля всю ночь пробегала в туалет. А на утро так тянул живот, что еле сдерживала слёзы. Дождавшись обхода врача, Оля пожаловалась на своё состояние. Врач тут же осмотрел её и после осмотра впал в ярость. Оказывается это не компот выходил из Ольги, а околоплодные воды, Прикатили каталку с операционной и Олю увезли рожать.
Схватки пришлось вызывать, и на свет через четыре часа появилась новая жизнь, кричащая, синюшная с белым пушком на голове. Это была девочка, слабая, но живая.