В 1611 году вологжане участвовали в формировании второго ополчения Минина и Пожарского. Город выставил значительный отряд, который вместе с другими силами русских людей пошел освобождать Москву.
Но на свою беду, в самой Вологде горожане оставили весьма незначительные силы. Подкрепляло их лишь то, что возглавлял эти силы опытный и умелый воевода Григорий Борисович Роща Долгоруков - герой обороны Троице-Сергиевой лавры от польско-литовских оккупантов.
Когда войска Минина и Пожарского (среди них были и вологодцы) подошли к Москве, часть польско-литовских сил заперлась в московском Кремле, а другая бежала на юг. Вот эта вторая часть и стала бедой для беззащитной Вологды. Когда весть о том, что русскому ополчению удалось разбить поляков и закрыть их в Москве, дошла до Вологды, там устроили праздник. Караулы были сняты по случаю события, на стенах никаких защитников не было, и лишь несколько солдат охраняли главные ворота, пока остальные отмечали русскую победу.
Как раз в это время на город и налетела та часть польско-литовского войска, которая отошла от Москвы на юг. В основном, кстати, это были черкасы - запорожские казаки, а с ними другие козаки, поляки, литовцы и русские воры, - как их называет в своем письме на имя князя Пожарского вологодский архиепископ Сильвестр, который попал ко всему этому сброду в плен. Черкасы без боя взяли город, разграбили и пожгли, церкви опустошили, многих людей поубивали, в том числе и воеводу, а затем ушли дальше на юг.
Сильвестр же, уже будучи на воле, заканчивает свое письмо князю Пожарскому о собственных злоключениях следующим выводом: "А все, господа, делалось хмелем: пропили город Вологду воеводы".