Кажется, Куроедов поправился и жизнь потихоньку возвращается в нормальное русло. Правда, теперь Куроедов голосом оповещает (в просторечии это – громогласное «Мя - я…», букву «У» наш кот не произносит, видимо детские дефекты), что пора что-то делать с питанием.
В мирной жизни голосовой сигнал означает, что мне пора идти строиться к миске, с распростертыми объятьями ждать там кота и с выражением лица «Жена Тракториста» умильно смотреть, как Куроедов потребляет сухой корм, не забывая гладить животное по спинке и приговаривать о том, кто самый хороший и самый красивый. Муж в этот момент почему-то морщится и делает недовольное лицо. Так продолжается минимум девять раз, потому что в каждом подходе к миске – три сета, прямо как у бодибилдеров.
Потом наш здоровый кот радостно бежит в поля, мы думаем, что – гулять, а на самом деле – на охоту. На охоте встречаются разные звери и птицы. С регулярностью одно мелкое животное в час. Теплую, но придушенную тушку животного Куроедов приносит либо прямо в кухню, либо на коврик перед входной дверью. Опять произносит свой боевой клич: « Мя-я…». Услышав клич, надо быстро бежать на звук. Далее, по обстоятельствам: либо удастся вырвать жертву изо рта кота, либо нет. Если нет, то мысленно я повторяю все ветеринарные прописи по лечению Куроедова и внимательно наблюдаю за состоянием охотника. Если же удается лаской и приговорами вытащить мелкое животное из пасти кота, то значит пора идти в сторону кладбища. Кладбище мелких животных расположено за забором, а там, предварительно заперев кота дома, нужно со скорбным видом хоронить удушенную особь. Куроедов же в это время резво бежит к миске подкрепляться сухим кормом.
Итак, что у нас в меню? Воробьи, трясогузки, пеночки и ещё какие-то неизвестные. Это – птица. Видимо, вместо говядины – мыши, а в качестве свинины – кроты и землеройки. Меню, конечно, разнообразное, причем некоторые сорта мяса и птицы приносятся в товарном количестве. Видимо, Куроедов нас жалеет и не верит в наши возможности прокормить семью и постоянных гостей.
Пока воздержусь от предложения свежей мышатины к столу.