На дороге со стороны Города Енотов постоянно торговали две бабушки. Первую звали баба Нина, она специализировалась как раз на грибах и ягодах. Вторую звали баба Нюра, которая также приторговывала березовыми вениками и плетеными корзинами. Баба Нина тепло встретила енотов и позволила им пристроиться рядом для торговли. Баба Нюра же долго возмущалась:
– Людям торговать уже негде! Еноты понаехали! И как вас земля носит? У бедной бабки кусок хлеба отбирать? А? Жили бы себе да жили в своем лесу. Нет, на рынок им понадобилось, конкуренцию плодить!
– А что такое конкуренция? – спросила енот Юна.
– Ух, я тебе сейчас покажу, что такое конкуренция, – погрозила еноту кулаком баба Нюра.
– Да угомонись ты, Нюрка! – заступилась за енотов баба Нина. – Посмотри, какие они милые да пушистые. Покупатель наоборот заинтересуется. Это же экзотика – еноты грибы продают!
– И ягоды! – вставила Юна.
– Милые, пушистые! – противным голосом передразнила баба Нюра. Она зло блестнула глазами. – Хороший енот – это енот на воротнике пальто!
– Ай! – испугалась Юна. Остальные еноты испуганно сбились в кучку.
– Не бойтесь, – успокоила их баба Нина, – с левой стороны устраивайтесь, а на сторону Нюры не заходите. Я вас в обиду не дам.
Торговля, на удивление, пошла бойко. Баба Нина оказалась права. Водители, проезжающих машин, завидев енотов с корзиной, тут же притормаживали и шли рассматривать экзотических продавцов. Дети и женщины подходили к пушистым зверькам и норовили погладить. Еноты недовольно фыркали и отскакивали. Но Ена сказала подружкам:
– Не надо бояться, они ничего плохого вам не сделают. Зато быстрее все раскупят, если разрешить погладить.
– А грибы можно вместе с корзинкой купить? – спросила у Ены высокая стройная женщина в обтягивающем платье. Ена задумалась было, но баба Нина поспешила на выручку:
– Конечно, можно, дочка. Только это будет в два раза дороже.
– Корзинка стоит столько же, сколько и грибы в ней?
– Да. Это же ручная работа, милая. Еноты сами плели!
Тот факт, что корзинки изготовлены руками, то есть лапами енотов, сыграл решающую роль при купле-продаже. Корзинки бабы Нюры, более грубые и корявые, перестали пользоваться спросом. Она зло поглядывала в сторону енотов и бормотала про себя: «Ну я вам еще покажу! Еще будет на моей улице праздник. Не все коту… тьфу ты!... не все еноту масленица!»
Когда у енотов оставалось всего четыре корзины (две с грибами и две с земляникой), к ним подъехал чёрный «Мерседес» и из окна выглянул лысеющий мужчина в черных очках. Он несколько недоуменно поглядел на енотов, но скрыл свое удивление и по-деловому спросил:
– За сколько отдадите все?
Баба Нина тут же сторговалась за енотов, и корзинки перекочевали в багажник «Мерседеса».
– Ты смотри! – цокнул языком лысеющий мужчина своему водителю, который тоже был в черных очках, но выглядел немного моложе босса. – Ты смотри, что творится! Куда катится эта страна! Понимаешь, кризис добрался до лесных жителей. Даже еноты теперь вынуждены торговать на дороге! Если людям несладко, то каково енотам? А?
– И не говори, Михайлович! – подтвердил водитель. – Скоро и медведи будут на шоссе попрошайничать.
– Уже, – вздохнул Михайлович. – Видел телерепортаж из Владивостока. Медведи и в самом деле попрошайничают на дорогах.
– Вот это да! – присвистнул водитель. И нажал на педаль газа. «Мерседес» скрылся вдали.
Еноты в тот день вернулись домой с полной корзиной выручки! Они не умели считать деньги, поэтому не знали – набрали ли они необходимое количество, чтобы купить разноцветные воздушные шары, или нет? Бенедикт Порфирьевич должен был этот вопрос прояснить.