Я очень хочу детей – до сих пор, даже в возрасте бабушки (моя мама в 50 лет была уже трижды бабушка – вот ирония судьбы!).
Меня не пугают невысыпание и выгорание, послеродовая депрессия и детские болезни. Все это мы проходили. Это не смертельно. А значит, все это можно пережить.
Меня не смущают взгляды прохожих и осуждение чужих людей: «Зачем столько нарожала?»
Я не парюсь, как я выгляжу, когда толкаю растущим пузиком вперед коляску с младенцем, а на ногах виснут гирями еще двое и ноют или орут. Как по мне, вполне сносная картинка! Сама себе завидую, что не раз выступала в этой роли и умею выходить из таких эпизодов без потерь.
Да, я бываю не в себе и на взводе, и могу вспылить и рассердиться. Редко, но метко. И дети предупреждают друг друга:
— Осторожно! Мама разносит!
Но те же дети уже умеют гасить конфликты шуткой или обнимашками, дарить неожиданные букеты цветов и билеты в кино. Рассуждать на темы отношений и разбираться в том, почему так получилось и как можно этого избежать в будущем. Они умеют разговаривать друг с другом, делиться проблемами и пытаться их разрулить без вмешательства родителей. Они всегда на связи. Думая об их будущем, я надеюсь, что они никогда не станут друг другу чужими и всегда придут на помощь. И эта мысль делает приближающуюся старость не такой уж страшной.
Да, наша семья – не гламурная картинка, никогда ею не была. И внутри случаются ссоры, непонимания и хлопанье дверьми. Сначала хлопали мы с мужем – первые пару лет совместной жизни. Теперь вот отроки подросли, поддержали традицию. Со стороны это не выглядит счастливой семьей? Ну, ОК. Мне по барабану, как говорят подростки. Все равно «Ко-ма-ро-вы лучше всех!» — так скандировала наша младшая в любой непонятной ситуации, подпрыгивая на каждый слог.
Пусть многодетные кажутся кому-то странными и почти сумасшедшими в своем стремлении размножаться, просто за всем этим «беспокойным хозяйством» – жизнь. Настоящая, наполненная. Без одиночества. Без непонятных или непонятых слез. Без страха перед будущим и перед детьми. Без страха детей. Моя семья сделала меня такой – смелой, решительной и открытой. Готовой к переменам и неожиданностям, мобильной во всех смыслах. Умеющей справляться с любыми трудностями и готовой к испытаниям.
Лежа на родильном столе после сложных первых родов, я решительно сказала акушерке, что приду за вторым, и это не было шуткой: туда же я пришла и за шестым ребенком. Сейчас понимаю, что это было прозрение. В тот миг я поняла, как сильно я хочу детей. И не ошиблась.