Вечером 30 сентября 1944 года Маннергейм позвонил генералу Сийласвуо. Он только что получил послание из Москвы, в котором русские самым решительным образом требовали немедленно начать боевые действия против немцев. Маннергейм попросил Сийласвуо "быстро сделать что-то заметное".
Несколько часов спустя из Оулу отплыли три судна с десантом (2900 солдат 11-го пехотного полка). Десант не имел ни сопровождения, ни тяжелого вооружения. Об авиационной поддержке речи тоже не шло: погода была нелетная. В Торнио к этому времени уже находились финские офицеры во главе с майором Ларью, готовившие мятеж против немцев.
Ларью устроил в местном клубе штаб подполья, и буквально за несколько дней организовал сильную боевую группу (327 человек). В их число вошли крепкие парни с местной скотобойни, персонал местной финской военной полиции, отпускники, находящиеся в городе по ранению и болезни, члены "гражданской гвардии" (полувоенная организация, у нас часто называемая "шюцкором").
Воспользовавшись ротозейством охраны, в ночь на 1 октября они угнали с железнодорожной станции немецкий поезд, чтобы обеспечить быструю переброску войск из Рёуття в Торнио. Затем люди Ларью взяли под контроль центр города и основные мосты. Отряд лейтенанта Тойвола атаковал станцию. Удержание мостов позволило наладить снабжение десанта со складов в Пелло по пограничной дороге, частично проходящей по территории Швеции. Немцы не сразу опомнились, но главные цели - большой склад снабжения и железнодорожный вокзал – все же оставались в их руках.
Рано утром 1 октября три судна с десантом вошли в гавань Рёуття. По пути они благополучно прошли мимо немецкой зенитной батареи на острове Лайвасаари, которая почему-то никак на них не отреагировала. Разгрузка заняла несколько часов, после чего суда ушли обратно в Оулу за новой волной десанта. В общей сложности пятью волнами в Рёуття будет доставлено 12500 человек.
В 08:00 велосипедисты первого батальона объявились у железнодорожного моста в Кирккопудасе. Второй батальон использовал угнанный у немцев поезд, и через несколько минут уже выгружался близ станции Торнио. Оттуда солдаты 11-го пехотного полка направились к центру города, где отряды Ларью вели бои с немецким гарнизоном. Финские офицеры сильно переоценивали численность немцев (их к тому моменту в городе было не больше 600 человек), и потому упустили шанс одним ударом очистить город от неприятеля. Гитлеровцы закрепились на позициях у вокзала, и тянули время, ожидая подкреплений, одновременно через парламентеров призывая финнов одуматься и вновь перейти к "фальшивой войне".
Примерно в полдень началась первая немецкая контратака. Командир 140-й дивизии специального назначения вермахта генерал-майор Матиас Кройтлер организовал удар силами пехотных и саперных подразделений под командованием оберштурмфюрера СС Шиффа. Группа Шиффа попала в засаду, была окружена и почти полностью уничтожена, несколько человек попали в плен. Примерно в то же время в плен к немцам угодили пять солдат 11-го пехотного полка; вечером их расстреляли.
Как только до германцев дошло, что им противостоят регулярные финские войска, а вовсе не "партизаны", они начали активно стягивать в район Торнио все доступные части. Это было непростой задачей: некоторые подразделения уже направлялись в Килписъярви для перехода в Норвегию. Кроме того появились донесения, что с юга в направлении Кеми продвигаются новые финские части (это был 15-й пехотный полк). Численный перевес на этом этапе явно был за финнами, и они имели все шансы одержать быструю победу, но… известная слабость поставила план Сийласвуо на грань провала.
Захватив расположенные у железнодорожного вокзала немецкие склады снабжения «Маленький Берлин», финские солдаты обнаружили обильные запасы алкоголя – более 25 тысяч литров. Веселье по этому поводу быстро превратилось во всеобщую попойку, в которой приняли участие и некоторые офицеры. В результате 1-й и 2-й батальоны 11-го пп на какое-то время полностью утратили боеспособность. Намеченный штурм немецких позиций пришлось отменить, наиболее трезвые офицеры были заняты наведением порядка; буйных, включая генерал-майора Ваарла, даже пришлось поместить под стражу. Той же ночью заблокированные в городе немцы благополучно вышли к своим.
Эта задержка дала столь нужную немцам отсрочку, превратив легкую победу в кровопролитный бой.
На следующее утро в Торнио прибыла вторая волна десанта (2500 чел). Но к противнику тоже стали подходить подкрепления: из Рованиеми прибыли части 211-го танкового батальона, гренадерский и горный батальоны, противотанковая рота. По приказу Кройтлера, два батальона лыжной бригады "Финляндия", дошедшие уже до Ивало, возвращались обратно (они прибудут 3 октября).
Помимо этих войск, у генерал-майора имелся разведывательный батальон СС, шесть пехотных батальонов, неполный моторизованный батальон и три артиллерийские батареи. Всего удалось наскрести около 7000 человек. Из этих частей Кройтлер сформировал две боевых группы: одну на севере (под командованием капитана Вутти), другую, более сильную, - на восточной окраине города (во главе с майором Кренцером). Перевес в живой силе по-прежнему был у финнов, однако немецкие войска были гораздо лучше оснащены и вооружены.
И тут немцы допустили роковой просчет: они взяли заложников – 130 гражданских лиц из Кеми (в том числе мэра города Ниландера) и 132 – из Рованиеми, и потребовали обменять их на своих пленных. В ответ Сийласвуо передал германскому командованию, что если хотя бы один из заложников пострадает, он прикажет расстрелять всех пленных и персонал немецкого госпиталя в Торнио впридачу. Угроза подействовала, заложников, вывезенных к тому времени в Яатилу, через несколько дней просто бросили при отступлении.
3 октября распогодилось, и над местом сражения появились финские самолеты: три Brewster B-239 сбили немецкий бомбардировщик Junkers Ju88. Сразу после высадки третьей волны (2600 чел.) по гавани нанесла удар эскадрилья Ju87, но финские самолеты были уже далеко. Потери на земле в этот раз оказались минимальными.
Затем в наступление перешла восточная немецкая группировка. Финнам удалось отбить атаку, и они даже попытались отрезать и окружить часть несколько немецких подразделений (безуспешно). Во второй половине дня немцы вновь атаковали, и при поддержке трофейных французских танков и артиллерии прорвали финскую оборону, но были отброшены контратакой.
Мирное население Торнио массово покидало свои дома, устремившись по мостам за границу, в соседнюю Швецию. Пограничники не препятствовали. Река стала границей между войной и миром. За рекой сверкали рекламные огни, а на западном ее берегу собрались толпы людей, - поглазеть на боевые действия.
Установившаяся погода позволила, наконец, начать переброску тяжелых вооружений. На сей раз все получилось далеко не гладко. Финские истребители в тот день не поднимались в воздух. Четвертая волна десанта, разгружавшаяся в порту 4 октября, угодила под атаку девятки пикировщиков: точными ударами они потопили два транспорта (Bore IX и Maininki) из трех, убили 60 финских солдат и ранили более 400. Были потеряны 196 лошадей, 120 тонн продовольствия и боеприпасов, зенитные орудия и несколько грузовиков. Боеспособность 50-го пехотного полка в значительной мере снизилась.
К счастью для финнов, тяжелая артиллерия, которая должна была быть на этих кораблях, опоздала на погрузку, и все еще ждала в гавани Оулу.
В довершение бед внезапно очнулась и открыла огонь тяжелая немецкая зенитная батарея в Лайваниеми (примерно 10 км к востоку от Торнио). Артиллеристы удивительно метко обстреливали зону разгрузки и причалы, сильно усложнив дальнейшее использование порта.
Почувствовав силу, Кройтлер приказал провести решительно наступление на Торнио сразу с двух направлений: Кренцер атаковал с востока, Вутти – с севера, по финским позициям била артиллерия, а над головами повисли "штуки". Вутти удалось сбить финские войска с позиций и подойти к городу на расстояние 3 км, Кренцер также значительно приблизился к Торнио.
В пятницу финские суда выгрузили последнюю волну - 2000 человек. Теперь у финнов вновь было численное превосходство над противником. Наконец-то прибыли пушки. Кроме того, в порт вошли канонерские лодки "Уусимаа" и "Хямеенмаа", подавившие немецкую батарею в Лайваниеми; они же прикрыли небо над гаванью своими зенитками.
Финской артиллерией командовал подполковник Мякипроси. Открыв огонь в 08:45 6 октября его 12 орудий за два дня расстреляли 1993 снаряда - треть от всего расхода артиллерийских снарядов в Лапландской войне.
В то время как финны контролировали побережье, немцы прочно удерживали все дороги, ведущие в этот район. Воспользовавшись отличным знанием местности, командир 50-го пехотного полка полковник Марти Ахо сумел незаметно для противника отправить две роты в обход северной части Торнио. Это позволило запереть немцев на трехкилометровом участке вдоль реки Торнио – излюбленная финнами со времен Зимней войны тактика «мотти»- котлов. Начались ожесточенные бои, в ходе которых германским войскам все-таки удалось вырваться, оставив на поле боя не менее 500 убитых; еще 337 человек попали к финнам в плен.
Наконец, в 5 часов утра 6 октября решительное наступление со стороны Кеми перешла боевая группа Кренцера. Ей не повезло: в решающий момент немцы угодили под залпы собственной артиллерии. Тем не менее, Кренцеру почти удалось прорвать финскую оборону – но не хватило резервов.
После этой атаки 20-я горная армия прекратила все попытки отбить Торнио. Оставшиеся немецкие войска начали отступление на север, в направлении Рованиеми. К этому времени 15-я бригада Куистио, продвигавшаяся с юга вдоль побережья, еще не достигла Кеми. 7 октября, преодолев немецкие позиции у реки Симойоки, она окружила город, а на следующий день он был, наконец, освобожден, что обезопасило Торнио от атак с востока. Всего германская группировка в ходе этих боев потеряла свыше 700 человек убитыми, 2000 ранеными и около 400 пленными.
Сведения о финских потерях в разных источниках разнятся. Чаще всего встречаются такие данные: 189 убитых, 1026 раненых и 25 пропавших без вести, но в самых свежих публикациях число убитых значительно выше – 380 и даже 450 человек, причем приводятся поименные списки.
Город Торнио пострадал мало, и что важнее всего, мосты в Швецию остались нетронутыми. В Кеми большой ущерб был нанесен жилым постройкам. Полностью разрушен аэродром, сожжены склады и другие объекты инфраструктуры. Финнам не удалось уничтожить или отрезать все немецкие войска в районе Торнио. Что еще более важно, дорога Кеми-Рованиеми оставалась открытой. Это позволило немецким войскам к северу от Оулу продолжить отступление сначала в Рованиеми, а оттуда в западную Лапландию.
Конечно, наиболее важным был политический эффект. Финляндия начала самую настоящую, открытую и ожесточенную войну с немцами. СССР этим удовлетворился и ослабил дипломатический нажим. По окончании боев в Торнио 558 немецких военнопленных были переданы союзникам.
Германская сторона расценила действия финнов как самое коварное предательство. На следующий день после высадки в Торнио командующий 20-й горной армией Лотар Рендулич издал приказ об уничтожении всего имущества в Лапландии. Промышленные объекты, в первую очередь - горнодобывающие предприятия Петсамо, должны были быть стерты с лица земли. Также было приказано уничтожать все здания севернее линии Юлиторнио-Синетта-Соданкюля, чтобы лишить финские войска укрытия в предстоящие зимние месяцы.
Делитесь статьей и ставьте "пальцы вверх", если она вам понравилась.
Не забывайте подписываться на канал - так вы не пропустите выход нового материала.