Есть люди, которых несчастья прямо-таки преследуют. Джексон Фрэнк явно был из таких. Не человек, а ходячая катастрофа, из его биографии, ничуть не сгущая красок, можно сделать печальнейший фильм.
Этот талантливый фолк-музыкант с хрустальным голосом, изящными текстами и нежными мелодиями выпустил всего один альбом (и тот не пользовался успехом). В детстве он едва не погиб в пожаре, в котором сгорели его одноклассники. Он выжил, но тот пожар навсегда оставил на нём свой отпечаток - и физически и психически. Его преследовала депрессия, позднее ему поставили диагноз - шизофрения. Его единственный сын умер во младенчестве. В его жизни были сумасшедшие дома и бездомное скитальчество. Он превратился в бесформенного толстяка, лишился голоса и одного глаза - судьба, кажется, как могла, изощрялась в остроумии.
Его первый и последний альбом печален - как бы в предчувствии будущего - но прекрасен. И не случайно волшебную его песню о баснословном молоке и мёде, о том, что обещания не исполняются, а красота погибает - перепевал, сам для себя, другой грустный несбывшийся гений Ник Дрейк, который, в отличие от Фрэнка, не дожил (на своё счастье?) и до 27 лет.
Смерть забирает своё, но всё же пусть оставит в покое красоту, хотя бы тень её не тронет.
В серебре и золоте эта осень,
Мягки и нежны её небеса.
Да и нет - ответы, которые
Читаются у любимой в глазах.
Уходит осень, зима приходит.
Наверно, и мне пора уже в путь.
Оставить её и найти другую.
Искренне песню сердечную петь.
Вертится, крутится круг, пылает,
Времена года, одно за другим.
Осень приходит, зима за нею,
Весна, родившись, бредёт налегке.
Серебро с золотом сожгли мою осень,
Быстро выцвела и умерла.
А что другие? Других не будет.
Ни мёда от них, ни молока.