Почитала я тут знаменитый законопроект о домашнем насилии.
И у меня вопросы.
Все мы знаем, что одна из главных проблем отношений нас с вами с родным государством - размытость формулировок разнообразных законов и указивок. Возможность любых толкований этих указивок - на вкус тетечки из опеки, участкового, прокурора, судьи.
И вот хочу я понять, зачем в этом законопроекте в первых же абзацах немыслимо размытые формулировки? Почему нельзя определить, что домашнее насилие - это именно НАСИЛИЕ, то есть побои, истязания, изнасилование и т.п.
Я, к примеру, против любых физических наказаний детей, даже любимых противниками гражданских браков шлепков или популярного 'поставить в угол'.
Помню, в американской школе я была потрясена тем, что нас, прогулявших уроки, заставили час сидеть, придвинув парту вплотную к стене, лицом к этой стене. Мне это показалось самым настоящим физическим насилием.
Но вот угроза причинения имущественного вреда, которая в новом законе тоже определена как домашнее насилие, - это что такое?
Если Тигран скажет нашей дочери: 'Будешь показывать язык, заберу у тебя твои лолы', - он что, домашний насильник?
Исходя из дословных формулировок законопроекта, да, насильник.
Мы что, уверены в том, что не найдется в стране мстительного разведенного папаши, который, договорившись, с кем надо, использует эти формулировки, чтобы запретить бывшей жене видеться с детьми, потому что она сказала сыну: 'Если не сделаешь уроки, заберу айпад!' - то есть применила к сыну угрозу причинения имущественного вреда?
Обязательно такой папаша найдется. И все у него получится. По закону. Вот увидите.
В итоге, эффект от закона будет обратным.
Пожалуйста, поменяйте эту нелепую формулировку.