В августе1942 года немецкие войска рвались к Сталинграду... Быстро, за один день, не встречая особого сопротивления, ударная группировка 6-й немецкой армии прошла от Дона до Сталинграда и уже в 16 часов 23 августа вышла к Волге близ северной окраины пылающего города.
Только 25 августа Совинформбюро упомянуло в сводке название города и лишь 26-го сообщил о напряженных боях на этом участке фронта...
Через два месяца, 26 октября 1942 года, Совинформбюро в вечернем выпуске цитировало не отправленное письмо найденное у одного убитого в Сталинграде. Письмо он передавал нарочно, минуя почту и поэтому, не боясь проверки, писал без опаски.
Перевод письма ефрейтора Губерта Хюскена своему другу солдату Фрицу Далену о боях под Сталинградом (Центральный архив МО РФ ф. 206. Оп. 294. д. 48. л. 527):
"23 сентября 1942 года. Дорогой Франц!
Наилучшие приветы с Волги, шлет тебе Губерт. Наконец-то я собрался написать тебе несколько строк. Ты знаешь также хорошо, как обстоит дело с писанием, особенно здесь, где имеются вещи, о которых нельзя писать. С тех пор как мы уехали из Пантелеймоновки, мы пережили очень многое. Многих из нашей роты уже нет. Из 180 человек осталось только 60 человек. Все-таки сорная трава держится очень долго. Наше боевое крещение было особенно ожесточенным. Шпренгер тебе об этом кое-что расскажет. Я войну представлял себе совсем иначе. Это мне не казалось таким серьезным. Каждому надо испробовать это самому. Бои у Дона не были такими ожесточенными, хотя рукопашный бой там очень часто занимал первое место.
22 августа начался большой бой вплоть до Волги и вокруг Сталинграда. За один день мы продвинулись от Дона до Волги так, что 23-го в 7 часов вечера были уже у Волги. В сводке же верховного германского командования это было объявлено лишь 3-го сентября. Русские были ошеломлены. 10 наших людей взяли на следующее утро около 150 человек в плен, из них 60 человек женщин в возрасте от 18 до 20 лет, с которыми определенно войны не выиграешь.
Однако русские скоро пришли в себя и тут началось со всех сторон такое, что ты не можешь себе представить, и это продолжается еще до сих пор. 2-й батальон должен был идти на север, чтобы русские оттуда не могли проникнуть в Сталинград. От наших позиций до пригорода было около 10 км. Но я тебе должен сказать, что это было не так просто. Каждый день они с ожесточением при помощи танков прорывали наш участок, вследствие чего вся наша часть бежала в панике. Ты можешь, поэтому, очень хорошо себе представить наши потери: на одном участке дивизии лежало закопанными около 100 танков. Постепенно доходило до того, что нервы больше не выдерживали. Я никогда еще не был в таком положении, как здесь. Мы ничего не получали. Всё запаздывало, даже продовольствие. Всю почту, маркитантские товары и прочие вещи 7-й роты, находившиеся от нас слева захватили русские. Роту вчера расформировали. У нас осталось всего 27 человек. В 7-й роте 26 человек приговорены к каторжной тюрьме за трусость и паническое отступление. Всё это я тебе разъясню в отпуске.
С 1-м батальоном произошло то же самое. Он находится так же под Сталинградом. От него осталось еще меньше. В окопах лежало брошенным всё, что ты можешь себе представить: вещи, обоз, связь, имущество штаба бригады и т.д. Постепенно мне всё это надоело. Нас в отделении всего 4 человека, которыми я руковожу. Теперь ты можешь себе хорошо представить, как это бывает. Каждый день мы ждем смены, которая, надо надеяться, скоро придет. Мы не умывались уже в течение 4-х недель..."
