Найти тему

Александр Ширвиндт. Как я учился играть на скрипке.

Естественно, как принято в любой интеллигентной семье, меня учили играть на скрипке. Происходило это так. Появлялся папа со скрипкой, предварительно заперев дверь в коридор, и умолял встать за гаммы.

Я, уже тогда очень сообразительный, смиренно склонял голову, якобы соглашаясь начать мучить население дома жуткими звуками гамм Гржимали, и просился перед этим святым актом в туалет.

Наивный папа открывал дверь, я бросался в туалет и запирался там навсегда. Нестабильность этого плацдарма заключалась в том, что квартира была коммунальной и, кроме нас, в ней проживали ещё пять семей.

Семьи эти, несмотря на разное социальное, национальное и материальное положение, жили очень дружно.

Вообще, если коммунизм берёт истоки в коммунальных квартирах, то что-то в нём есть. Но это вопрос для отдельного изучения.

Жильцы кормили чужих детей, помогали друг другу, и многие из населявших квартиру были на моей стороне в кровавой борьбе с музыкальным образованием.

Но даже союзникам иногда надо было посещать место моей отсидки, и я волей-неволей вновь попадал в руки папы, стоявшего у святой двери с четвертушкой в руках (четвертушка — это не ёмкость влаги, а скрипочка, по величине составляющая 1/4 большой скрипки).

В таких взаимных муках мы с папой поступили в детскую музыкальную школу, где из любви к папе меня продержали до пятого класса, после чего, извинившись перед ним, во время очередного экзамена по сольфеджио (химия и сольфеджио до сих пор возникают как ужасы в моих старческих снах) попросили больше не приходить.

На домашнем совете мама говорила, что это последняя капля, и что теперь прямой путь в ремесленное училище (в конце 40-х ремесленным училищем пугали детей в интеллигентных семьях).

На все нападки по скрипичному вопросу у меня был единственный ответный аргумент: «Игорь Ойстрах тоже не хочет заниматься!» Тут родителям крыть было нечем, ибо, действительно, Игорь в тот период страшно поддержал меня своим идентичным отношением к скрипке.

Прошло несколько лет, и папа со слезами на глазах говорил, что встретил Давида Фёдоровича Ойстраха, и тот сказал, что Игорь давно одумался, прекрасно и много занимается и на днях будет играть в Малом зале Консерватории в сопровождении студенческого оркестра на отчётном концерте.

«И ты бы мог, если бы!..» — восклицал папа, но поезд уже ушёл.

Александр Ширвиндт. Фото из свободного доступа.
Александр Ширвиндт. Фото из свободного доступа.

Александр Ширвиндт.

© "ЛЮДИ.ЖИЗНИ.СУДЬБЫ"