Я небритый, и слегка угрюмый сижу, и набираю этот текст на ноутбуке, а где-то в параллельной Вселенной нежные мужчины с упоением обсуждают новые хайлайтеры, блеск для губ, и тренды масок для рук.
И головой я понимаю, что это тоже вариант жизни. Ну, вот да. В их Вселенной такое есть, но внутри меня что-то морщится и скребется.
Внутри меня бесконечным потоком идут черно-белые кинохроники с эшелонами бойцов. Эшелонов, которые едут на фронт. Туда, где уже отлиты пули, которые полетят им навстречу, и которые будут их убивать.
Насовсем убивать.
Без права на пересохранение.
И молодых и старых.
Тех, кто только что поднялся со школьной скамьи, и тех, кого выбежали провожать до околицы его трое детишек, и жена с искусанными в кровь губами.
У тех мужчин из 1941-1945 не было ботокса, и не было мысли, что ботокс вообще нужен.
Грубые люди. Без образования, без интернета, без черных пятниц и мегамоллов.
Грубые люди.
Настоящие...
Хочу я, чтобы мои дети тоже так выживали, но зато были настоящими?
Нет, не хочу. Точно не хочу!
Но хочу ли я, чтобы мой сын разбирался в тенях, пудре, и лаках для волос?
Вот он сейчас лежит в качалке рядом со мной, и агукает что-то важное для его 4 месяцев.
А когда повзрослеет может он увлечься такой модой?
И перед свиданием с какой-нибудь самой-самой будет стоять по часу перед зеркалом, и "наводить красоту"?
Так может, конечно. Может.
И вполне возможно, что тогда это будет нормой и мейнстримом у мальчишек.
И я знаю, что пойму это их увлечение, но не смогу принять.
Потому что... Ну, я сам не на таких примерах рос.
Не на человеках-пауках с его лосинами, не на Халках, не на Трансформерах, с которыми геройство просто случилось. Они не трудились для этого...
Я рос на других фильмах.
Но это же мои старческие рассуждения, а писать я садился о ботоксе, о глянцевых журналах, и о страхе смерти, а вышло вон что...
Ну, может быть еще напишу.
