М-м-м, каждое утро бы такие запахи — и я бы терпимее относилась к жизни. Я открыла глаза и сонно улыбнулась стоящему рядом мужчине.
— Привет, соня! — сказал он негромко. — Кофе будешь?
Зажмурилась и вновь распахнула глаза. Денис никуда не делся — стоял передо мной в спортивной майке и широких мягких штанах — и, улыбаясь, разглядывал мою недоуменную физиономию.
— Дин? — я резко села, оглядываясь. Ну, конечно, как я вчера уснула на диване…
— Не стал тебя будить, — закончил мою мысль Денис и показал пальцем за спину. — Ночевал, сирота-сиротой, в спальне. Уже двенадцать. Я честно порхал на цыпочках. Тебе кофе в постель?
— В чашку! — буркнула я, все еще пытаясь проснуться. Обвинила спину уходящего Дениса. — Ты меня споил! Подсыпал снотворное!
— Скажи спасибо, что не мышьяка! — отозвался тот с кухни.
— Спасибо, — пробормотала я, спуская ноги с дивана. — Хотя тогда бы уже все было кончено…
Я долго мокла под душем, внушая организму, что он вполне отдохнул и выспался после суматошной рабочей недели. Организм верил слабо. Зевая, я прибрела на кухню. Бодрый до отвращения Денис поставил передо мной тарелку с горкой золотистых гренок. Налил громадную чашку крепчайшего кофе. Я с неприязнью посмотрела, как он с аппетитом расправляется со своим завтраком и, глотнув кофе, закрыла глаза. "Подымите мне веки…" Денис что-то сказал. Я посмотрела на него сквозь ресницы.
— У?
Денис глядел с интересом.
— Если не будить, можешь и сутки проспать?
— И двое.
— Классно выглядишь.
— Ага…
Я вздохнула — женщина должна выходить к завтраку накрашенной, ухоженной, уложенной, свеженькой и бодренькой, как бывшая "Пионерская зорька"…
Зазвенел дверной звонок. Мы оба подпрыгнули. Денис прекратил жевать и стал похож на хомяка с одной набитой щекой. Все мои родственники, друзья и знакомые твердо знают, что не стоит приходить ко мне в выходной раньше двух часов дня. Если ты не самоубийца, конечно. Мы подумали об одном и том же, потому что Денис, вновь энергично заработав челюстями, объяснил:
— За галстуком.
Я сорвалась с места:
— Если это он — убью. Его убью и тебя убью. И себя убью!
Я гремела замками. Значит, пришел убедиться, да? Ну, я тебе сейчас все доказательства представлю… Я распахнула дверь и с разбегу рявкнула:
— Что?!
Прямо в лицо своей подружке Соньке.
Та от неожиданности отпрыгнула.
— Ой! Привет, Оль!
— Привет! — в той же тональности машинально продолжила я, окидывая подозрительным взглядом лестничную площадку — не притаился ли где в засаде мой бывший.
— Я тебя, наверное, разбудила? — осторожно предположила Соня. — Я думала, уже первый час…
— Ладно, — сказала я, успокаиваясь. — Заходи.
— Я звонила, но у тебя все время занято…
Я покосилась на валявшийся у дивана телефон.
— Похоже, он после вчерашнего немного… не работает. Поди, уговаривать пришла? — подозрительно спросила я, видя, как подруга мнется. — Даже не вздумай!
— У Алены все-таки юбилей, — осторожно начала Сонька, — она же расстроится…
Она глянула за мое плечо и замерла. Ее глаза и рот изобразили три вопросительных "о?" Нет, скорее даже: "О?!"