Павел Пухов: Причины и следствия.
Ни для кого не секрет, что у нефтяного рынка есть такое интересное свойство, проявляющееся в виде высокой положительной корреляции с мировым фондовым рынком при обвальном падении последнего. Даже при относительном спокойствии, до настоящего момента, на крупных западных индексах нефть уже упала почти 20% с хаев. Тут, конечно, речь идет об условно-сопоставимых фазах рынка и наличии событий и факторов, поддерживающих нефтяные цены. Еще какой-то месяц назад очень многие ожидали глобального позитива, на фоне “очевидных” прогнозов с циклическим восстановлением спроса, прайсили различные ближневосточные инциденты и т.д. Вдобавок шел вал аналитических публикаций о серьезных финансовых проблемах и сильном замедлении темпов роста штатовской сланцевой нефти в 2020 году. Не покидает такое ощущение, что под это дело в нефтяной рынок набилось много разнообразных левых пассажиров (лонги), которых постепенно по очереди выносит, причем кого-то вперед ногами. При этом даже с точки зрения мирового дифференциала спрос-предложение у нас как обычно нет консенсуса. То же МЭА говорит о явном наличии профицита (до ситуации в Ливии), пусть и небольшого, но теперь он в моменте сильно усугубится шоковым падением спроса на нефть и нефтепродукты в Китае из-за эпидемии. И все это происходит несмотря на последние, уже так или иначе исполняемые, сокращения добычи странами пакта ОПЕК+.
Негативное влияние эпидемий на экономику пострадавших стран главным образом индиректно. Но в настоящий момент ключевая проблема состоит в том, что масштабы и длительность эпидемии могут сильно варьироваться, и предсказать их точно довольно трудно (но становится проще с каждым днем при поступлении новых данных). Даже если уроки прошлых лет были выучены, и цифры по зараженным и умершим полностью прозрачны, в модельных уравнениях есть несколько параметров, которые являются неизвестными и сильно влияют на пик\количество зараженных. В далеком уже 2003 году структура экономики Китая была иной, с высоким весом экспорта и промсектора. В случае сценария мощного развития эпидемии внутреннее потребление и его паттерны просядут гораздо сильнее, люди какое-то время попросту инстинктивно будут опасаться активно перемещаться и контактировать, чему вдобавок будут способствовать введенные масштабные запретительные меры со всех сторон. Отсюда растут ноги у всех неопределенностей и сомнений рынка в тайминге и скорости дальнейшего циклического восстановления пострадавшей китайской экономики. И уж совсем далеко не факт, что помогут озвученные китайским ЦБ экстренные стимулирующие меры. Более того серьезное замедление может помешать Китаю выполнять взятые на себя обязательства по первой фазе торгового соглашения.
Большое, конечно, имхо, но в таких случаях надо работать на опережение, чтобы это все не успело превратиться в панику и далее в идеальный шторм. Нужна хотя бы попытка декаплинга нефтяного рынка от мировых индексов в шоковом негативном случае. То есть надо собираться и делать это экстренно, возможно даже в течение следующей недели, чтобы хотя бы попробовать подуспокоить нефтяные цены и переломить нисходящий тренд. Послать всем четкий сигнал о готовности и продолжении кооперации. Может быть даже придется сократить добычу, хотя бы локально и на время (скорее всего технически это смогут быстро исполнить только саудиты). Иначе говорить о том, что сделка ОПЕК+ продолжит приносить триллионы рублей сверхдоходов в бюджет, будет уже невозможно. Главное, чтобы было кому.
Профиль автора в соцсети: https://www.facebook.com/pavel.pukhov