(По мотивам LinageII)
Начало
Глава 1, часть 2
***
- Давай, давай, давай, ну быстрее же! Ааааааааааа…. @@@… опять ниче не получается… ты можешь @@@ быстрее??!!! Ааа, все, короче! – густо сопя, Мышрам шибанул кореша по рукам и натянул штаны. Никакого удовольствия он так и не получил. Осталось лишь легкое пощипывание и чувство мрачной досадливости.
Сплюнув Вынько под ноги, он зло огляделся по сторонам.
- Ыыыыыы! Мышрам! У тя рожа красная! – Вынько утер рукавом слюну, скопившуюся в углах рта и весело заржал.
- Сопли подбери, чухлан… - Мышрам лихорадочно думал. Свербило и ждать не хотелось.
- Ну лана те… чо сразу чухлан-то сразу… - Вынько обиженно скривил губы, слегка прихваченные герпесом.
- А - то… Лана, сейчас не об этом… Че, мож пойдем тада телок снимем, раз не вышло?
- Эта… Мыш, ты не обольщайся … опять не дадут… тока на смех подымут. Че забыл, как в прошлый раз над тобой Темная та смеялась что у тебя… ну это… ну пол-шестого… – Вынько хлюпнул носом и снова провез по щербатому лицу рукавом.
Через секунду он внезапно почувствовал резкую боль где-то в районе горла и подбородка, а перед глазами поплыло вечернее небо. Мышрам тряхнул кулаком, и стоял, потирая его, пока кореш приходил в себя.
- Ты чо?! Офигел что ли?! Ты чо делаешь-то?!
- Еще раз пасть свою вонючую раскроешь – вааще вырублю.
- А чо я такого сказал?! Лана, лана, ты чо – Вынько судорожно, двигаясь задом, отползал на пятой точке, загребая прелую листву руками. Мышрам надвигался на него, глаза наливались кровью. Пнув несколько раз корефана по старым драным башмакам неопределенного цвета всех неожиданностей мира, которые никак не писались в его остальные обноски некогда благородного блу-вулфа голубой кожи, он закинул за спину лук и откуда ни возьмись, достал небольшой кинжал.
- Гей, гей, гей, пацанята! – нежно приобняв ствол старой ольхи, на них исподлобья смотрела Мафи. Она улыбалась и прищелкивала языком.
- Сама ты гей, здарова, шалава. – Мышрам спрятал нож и отошел от Выньки.
- Тебе о таких шалавах как я только мечтать, дружок. – Мафи небрежно повела плечом и надула губки. Она ни от кого не скрывала своей нетрадиционной ориентации.
Мафи отродясь не понимала – зачем нужны эти отвратительные грубые мужланы? Особенно такие как Вынько и Мышрам. От них вечно дурно пахло, они никогда не носили носовых платков, а что такое свежие носки не знали даже понаслышке. То ли дело девочки-красотулечки. В хрустящих крахмальных юбочках, белоснежном кружевном белье, благоухающие и свежие, как водяные лилии. С ними и поговорить приятно и дотронуться… Впрочем… она умела принимать и мужской облик. И вот тогда она любила исключительно мужчин. Видимо, натуру победить невозможно.
- Ну что, мальчики, развлечемся?
- Можно… - глазенки Мышрама плотоядно сверкнули.
- И даааже не думай. – Мафи ощерилась. – Подымайте свои задницы, пойдемте.
Вынько поднялся и, опасливо косясь на дружка, нащупал оружие.
Шайка ринулась в ближайшие катакомбы.
В первых комнатах никого не было. Бежали дальше.
- Ну надо же! Че все нубасы уже спать пошли что ли? О! Гляди-ка!
В коридоре они увидели компанию неподвижно сидящих ребят. Духом они явно пребывали в астрале.
- Гыыы!!! Нубасы! Ща мы их! – Вынько, брызжа слюной стал расстреливать неподвижных героев.
Упиваясь их неподвижностью и беззащитностью, Вынько и Мышрам в иступлении закатив глаза, палили по телам. Мафи, равнодушно опершись плечом о стену, рассматривала свой маникюр.
В последний момент, когда все были перебиты, Вынько заметил маленького испуганного ручного тигренка. Он жалобно мурчал и жался к стеночке. Вынько подошел к нему, и кончиком лука поднял несчастному котенку подбородок. Тигренок посмотрел на него испуганными детскими глазками и совсем притих. Животные чувствуют смерть за версту… Одной стрелы подонка хватило чтобы маленький пушистый комочек обмяк… Глазки закрылись…
- ХАХАХАХАХАХАХААХ!!!! – катакомбы содрогнулись от неистового хохота. – МЫЫЫЫ КРУУУТЫЫ!! МЫЫЫ АААТЦЫЫЫ!!! ХАХАХАХААХАХ!!!
- Придурок – Мафи брезгливо скривила губки. – Котенка-то на кой?
- А фиг ли?! Маленький, пушистенький, миленький – ТЬФУ! Гадость!
- Фи. – Мафи еще раз вскользь глянула на тела и, повернувшись, равнодушно пошла назад, к выходу из подземелья. - Куда теперь?
- Разберемся. Побежали.
Продолжение.