Как-то моя тетя рассказала мне историю о своем нелюдимом соседе. Жил себе отшельником сам одинёшенек. Называли его люди никак не иначе как бирюком.
Хозяйство вел отменно. Вокруг дома порядок, усадьба ухоженная. Бывает, вывесит стирку сушить, не в обиду женщинам будет сказано, не у каждой хозяйки так кристально сияет она белизной.
Биография его никому не известна, звали Михаилом. Остался после отбывания срока за дорожно-транспортное происшествие со смертельным исходом на поселении. Никому не ведомо, что у него на душе, какую боль-тоску носит, но надумал добродушный местный люд женить бобыля.
Антонина уже лет десять, как овдовела. В сельской местности одинокой женщине не по плечу хозяйство вести. Люди сочувствовали, но у каждого своя доля. Поговорят, посудачат на том и расходятся. Да, и помощников нет. Детей своих так и не получилось, завести, только крестники иногда наведывались. Последнее время все реже и реже, выросли да и разъехались. Любителей выпить стороной обходила. В селе все, как на ладони, если чей интерес затронут, то скандал на всю округу будет. Боялась Антонина пересудов, жила не выпячивала свою жизнь на показ.
Затеяли кумовья Тонечку свести с Михаилом. Напекли пирогов, достали из погреба соленья. Кум кролика забил, знатное блюдо получилось под чесночным соусом.
Отправился кум к Михаилу в гости пригласить под видом, что помощь нужна. Пришли во двор, долго проковырялись в мастерской. Женщины весь день на кухне хлопотали. К вечеру прихорошились и уже в томительном ожидании перешептывались, как услыхали, что мужчины в дом идут.
Тонечка от волнения чуть дышала, мужчина видный сразу приглянулся. Не чаяла, что в ее жизни судьбоносный поворот может произойти. Время за столом пролетело незаметно, Тонечка засобиралась уходить, Михаил вызвался проводить ее. Дорога сталась короткой и торопливой, разговор не складывался, за пустой и никчемной беседой оказались подле ворот Тониной усадьбы.
-Антонина, а ты давно без мужа-то живешь? – решительно перешел Михаил к наступлению. Тонечка заволновалась, выложила как на духу о своих невзгодах и не решалась задать встречный вопрос. В горле стоял ком, предательский страх, мысли разбегались, и ей хотелось провалиться сквозь землю. Что-то всё не так складывалось, как казалось Тоне. Она злилась на себя, на свою куму и ее идею сватовства. Женщина так и не почувствовала хотя бы малейшего искреннего интереса к себе со стороны мужчины. Его следующий вопрос ввел ее в ступор еще больше и довел до состояния крайнего отчаяния.
-Тоня, а сколько у тебя было мужчин за десять лет одиночества?- деловито и холодно задал вопрос Михаил, словно торговался на рынке.
-Никого! – выпалила взволнованная женщина, уверенная в своей порядочности, даже с ноткой гордости за себя, не подозревая, какое её ожидает разочарование. Последняя фраза Михаила прозвучала, как оплеуха.
- Если ты за десять лет никому не была нужна, тогда и мне такая не нужна! - сухо ответил Михаил, словно товар оказался бракованным и удалился в густой темноте.