После обеда, закончив работу по демонтажу тракторного двигателя, Сашка вышел из моторного цеха во двор. Тут же его внимание привлек сварщик Митяй, который как раз устроил себе перекур. Сидя на кислородном баллоне и щурясь на яркое, но еще холодное февральское солнышко, он с удовольствием пускал дым колечками. Этого Сашка пропустить, конечно, не мог, и направился к Митяю. Сашка всегда удивлялся сварщикам, варят металл, идет сумасшедший едкий дым, дышат этим дымом. Непривычный человек и пяти минут не сможет находиться в этом смраде, а сварщики, как только заканчивают сварку, хватаются за сигарету, вроде бы как и не дополучили свою дозу угара. Сашка подошел к Митяю, тот подвинулся на баллоне, уступая местечко. Присев на кислородный баллон, Сашка достал из кармана телогрейки горсть семечек и протянул сварщику. Тот начал отказываться: мол, не люблю этого баловства, и тут увидел в широкой Сашкиной горсти вместе с семечками бумажный пакетик с двумя презервативами, которые в аптеке, наверное, из ложной стыдливости на ценнике обозначают как «резиновое изделие номер два». Народ ради интереса пытался разузнать у опытных людей, что же тогда будет изделием под первым номером. Оказалось, что противогаз. Народ не соглашался, ведь изделием номер два пользуются гораздо чаще, чем резиновым изделием номер один. Надо бы восстановить справедливость и поменять номера на товаре. Митяй протянул руку за пакетиком, а Сашка, увидав, что тот хочет лишить его пакетика за четыре копейки, попытался убрать его вновь в карман, но Митяй был проворней. Выхватив пакетик из ладони друга, он немедленно надорвал бумагу. У Сашки, в общем-то, были другие далеко идущие планы на это чудо советской резиновой промышленности, ведь у Любки оставалось не менее полбутылки «Зубровки», а когда она убирала эту початую бутылку, Сашкой в шкафчике была замечена еще одна бутылка «Старки». Зная поговорку о труде, пруде и рыбке, а также характер Любови Ивановны, эти изделия ему нужны были как воздух, поэтому он попытался отнять у Митяя хоть один нераспечатанный презерватив, но вспомнил, что в нагрудном кармане рубашки лежит еще одна упаковка, и успокоился. А зря. Митяй прочел надпись на пакетике:– Министерство Главхимпром, Баковский республиканский завод резиновых изделий, станция Баковка Калининской железой дороги. Презервативы две штуки, размер два, ГОСТ 4645-49, цена четыре копейки. Сварщик объявил, что у него есть прекрасная идея. Идея – не такое уж и благо, за идею в этом мире никогда не платят, за нее чаще всего приходится расплачиваться.
В конторе шла планерка, когда в кабинете директора зазвонил телефон, но звонок сразу прекратился – видимо, переключили телефон на приемную. Через какое-то время в кабинет заглянула секретарь:
– Михаил Матвеевич, звонят из райкома и просят срочно соединить с вами.
– Я же сказал: до окончания планерки меня не беспокоить, подождут райкомовские.
Вновь зазвонил телефон, и секретарь опять заглянула в двери.
– Русского языка не понимаешь? Беспокоить только в крайнем случае! – вспылил Матвеевич
Молодая секретарша работала всего две недели и не знала, что ей предпринять в этом случае:
– Там из гаража позвонили, сказали, что взорвались.
– Кто? Как взорвались? – Матвеевич недоуменно уставился на нее.
– Печник и сварщик, – и что-то еще промямлила.
– Ты толком можешь объяснить, что там произошло?
Лицо секретарши сделалось пунцовым, и опять она что-то пролепетала нечленораздельно.
– Ты что, язык проглотила? – выпытывал директор. Тогда секретарь уже четко, внятно и даже с вызовом произнесла:
– Взорвались на презервативе. – Что? – изумился директор.
– Как по телефону передали, так я вам и докладываю.
Присутствующие на планерке грохнули от смеха.
– Розыгрыш какой-то, вроде и не первое апреля, – хмыкнул главный инженер.
Директор на полуслове оборвал его:
– Вы трое, – указал на главного инженера, инженера по технике безопасности и завгара, – возьмите мою машину, поезжайте в гараж, разберитесь, что там произошло, и доложите по телефону.