Донские казаки сыграли очень интересную и печальную роль в Гражданской войне. Свободолюбивые пассионарии поначалу старались избежать кровопролития и не поддерживали бежавших на Дон белогвардейцев.
Но вскоре «полыхнуло». Социальные противоречия стали причиной жестокой войны на донских землях. Война эта была необычной, полу-партизанской, «всех против всех». Были на Дону и сторонники большевиков, и фанаты «Единой-Неделимой», и «атаманцы», ратовавшие за независимость Войска Донского вообще от всех. Конечно, лучше Михаила Шолохова об этих масштабных, но суровых событиях вряд ли кто-то когда-то напишет. Если речь идет о художественной литературе, разумеется.
О «колебаниях» донцев писали многие. Современникам казалось удивительным, как это покладистые ранее «жандармы-казаки» превратились в плохо управляемую, непредсказуемую даже для самих себя стихию.
Очень интересным в данной ситуации выглядит мнение А. И. Деникина. Осмысливая причины «русской смуты», бывший военачальник белого движения говорил и о донском казачестве, о его успехах и неудачах.
Самым страшным явлением в глазах Деникина было распространение легенд. Казачьи лидеры, по мнению Главнокомандующего ВСЮР, заигрывали с казаками, используя как шовинистические настроения, так и иллюзии на тему «заграница нам поможет».
Но даже самый ярый казачий самостийник, атаман Краснов (самостийность доведет его до сотрудничества с гитлеровцами), признал в минуту отчаяния: «... ведь у нас нет полков старого времени: у нас вооруженный народ, толпа. Она поддается настроению... И когда повернула назад, то ее трудно остановить...»
И Деникин считал, что эта причудливая борьба донских казаков: от пофигизма до стойкости, от героизма до грабежей — была символом времени. Революции затронули все классы общества, в том числе и казаков. Они тоже стали вооруженным народом.
Те растерялись в такой ситуации, не зная, что делать: договариваться с большевиками, «запиливать» свою райскую республику а-ля Запорожье или присоединяться к белым. Такое поведение не сходится с банальными желаниями «пожечь-пограбить», отомстить или обезопасить свою хату с краю... хотя, безусловно, бывали и такие субъекты. Но рядовой казак все же был ближе к Григорию Мелехову, которому, после всех испытаний, просто не оставалось места в новой советской России.
Впрочем, Деникин, судя по всему, на казачество обиды не держал:
«...донское казачество напрягало большие усилия, разорялось и бескровило в борьбе, которой не видно было конца...»
С вами вел беседу Темный историк, подписывайтесь на канал, ставьте лайки, смотрите старые публикации (это очень важно для меня, правда) и вступайте в мое сообщество в соцсети Вконтакте. У меня есть и еще один канал, посвященный кино и сериалам.