На острове Хрюкотан посреди Неизвестного моря жили хрюны. Ну, во-первых, это логично, что жителей острова Хрюкотан так зовут. А во-вторых, хрюны были очень даже похожи на поросят: такие же маленькие, кругленькие, дружелюбно повизгивающие и похрюкивающие (а как же, имя и место жительства обязывают). Вот только шкурка у них была нежно-голубого оттенка, на вид и на ощупь – как мягчайший велюр. И еще отличие: на лбу у хрюнов-девочек завивалась миленькая такая челочка. В общем, вы уже и сами поняли, что свинюшки это были необычные.
А еще на Хрюкотане жила… белка. Впрочем, может, это была совсем никакая не белка – но мы, ничегошеньки не понимающие в местной фауне, будем так ее называть. Тем более, что с белкой у нее и правда нашлась бы масса сходств. Она была апельсиново-рыжая, с сильными, проворными лапками и огромным хвостом. Что же тогда отличало местную хрюкотанскую белку от стандартной? Она была ну очень пушистая. Чтобы понять, насколько, представьте себе самое мохнатое существо, какое только есть в мире. Представили? А теперь крутаните колесико на воображаемом регуляторе пушистости до отказа. Ооп! Вот такая она и была. А, еще забыла добавить – белка была огромная, по крайней мере, по хрюкотанским меркам, раза в два больше отдельно взятого хрюна точно.
Словом, представить себе более непохожих существ, чем белка и хрюны, было сложно. Они голубенькие – она рыжая, они маленькие – она большая, они мягонькие и гладенькие, она – взрыв бешеной пушистости, они передвигаются медленно, не торопясь, на четырех конечностях, она скачет на двух, да так резво, что в прыжке кажется размазанной огненной полосой.
И вот еще отличие, самое грустное: их много, а она – одна.
Каждый день, наблюдая за хрюнами с деревьев, белка недоумевала: почему она не такая, как они? Вот бы и ей заиметь прелестную светлую шкурку, аккуратные лапки с копытцами (цок-цок), а еще неплохо бы кудрявую челочку… Самой себе на фоне этих маленьких добродушных комочков она казалась ужасно неправильной: гигантская, мохнатая, какая-то вся несуразная, вечно мельтешащая, ни минуты не может усидеть на месте. А этот дикий цвет «вырви глаз»! Ну, вот что за существо уродилось, в самом деле!
Кто она такая, белка понятия не имела и очень расстраивалась, что не похожа на большинство обитателей острова. Она даже не могла с ними дружить, ведь им было бы так же сложно придумать общее занятие, как степенному дедушке-профессору, который в жаркий день первым делом ищет лавочку в тени, – и, скажем, сорванцу, неспособному усидеть на месте дольше пяти минут, причем в любую погоду. Так что белка наша горевала одна и только глядела на хрюнов издалека. Честно говоря, она не показывалась им еще и потому, что стеснялась, думала – засмеют. Вон она какая… странная.
Однажды белке приснился сон. И в этом сне к ней, сидящей в одиночестве на пляже, пришел слон. Белка-то, конечно, не знала, что это слон (она ведь и про себя не знала, что белка). Но мы для удобства воспользуемся уже проверенным методом сравнения: если кто-то ходит, как слон, выглядит, как слон, и трубит, как слон, – то это наверняка он и есть. Подумаешь, у него розовые уши!..
Так вот, вернемся к белке и слону. Она, понятное дело, ужасно удивилась его приходу. Никогда она здесь, на Хрюкотане, не видела подобных существ. Здесь всегда жили только хрюны (будь они неладны) и она сама. Что это за гость?
И слон рассказал ей удивительные вещи.
Оказывается, остров Хрюкотан – не единственный в Неизвестном море, есть и другие острова, и даже целые континенты, которые слон называл «Большой Землей». И что все эти места населяют не только хрюны, а самые разные существа – и такие, как он, слоны, и такие, как она, белки, и еще много-много других.
Переварив новости, белка задохнулась от восторга. Бел-ка. Вот кто она на самом деле! А вовсе не нелепый хрюн, единственный из всех почему-то не удавшийся природе. И, значит, где-то живут другие белки, такие же, как она сама, – огромные, рыжие, бестолковые, которые тоже любят попрыгать по деревьям? Подожди-ка, а как тогда…
- Как ты оказалась здесь, я не знаю, – вздохнул слон. – Может, вы, белки, когда-то умели летать, вот ты и – раз-два! – перемахнула через море? А потом потихоньку разучилась без практики…
- Это вряд ли.
- Ну, или тогда так: ты когда-то выросла здесь из семечка – маленького, рыжего и пушистого. А?
- Ух ты, а что, бывают белкины семена? То есть, бельчачьи, или как еще их назвать… – она запуталась.
- Нет, это я просто шучу, – засмеялся слон и помахал ушами. – Я и правда не представляю, как ты попала сюда, да еще совсем одна. Но слушай, ты ведь можешь поискать – вдруг на острове есть еще белки? Раз уж сюда так сложно добраться, может, они тут и живут, а ты просто однажды потерялась?
…Белка проснулась на берегу, радостная и окрыленная. Вот так сон! И слон еще какой-то диковинный… А мысль он подал хорошую – надо и правда отправиться на поиски других белок. Может, в дальней части острова, куда она никогда не забиралась?..
Она медленно двинулась вдоль песчаного берега, а из Неизвестного моря как раз вставало солнце. Еще не такое яркое, как днем, оно окрашивало нежно-розовым светом облака. Если присмотреться, одно из них было похоже на слона.
Глядя на него, белка вдруг подумала:
- В сущности, быть собой, наверное, не так уж трудно. Главное – понять, кто ты такой на самом деле. И, может быть, тогда ты найдешь тех, кто похож на тебя и кто тебя понимает. Например, огромная апельсиновая белка. Или слон с розовыми ушами, невесть откуда взявшийся на острове Хрюкотан.