Читайте Часть 1, Часть 2, Часть 3, Часть 4, Часть 5, Часть 6, Часть 7, Часть 8 повести "Неделя в августе" в нашем журнале.
Автор: Полина Люро
Я стояла над открытой крышкой погреба и тихонько поскуливала, грызя ноготь большого пальца, чего не делала уже много лет.
«Что же делать? Как помочь подруге, преодолеть свой страх и спуститься вниз? И что я там буду делать одна, в этой страшной темноте? ― вопросы один за другим терзали мою виноватую голову.
Я стучала себя по голове, бегала в панике по кругу вокруг погреба, повторяя, как заведённая:
«Что я натворила, дура бестолковая! Надо было Марусю слушать, ― но легче мне не становилось. Напротив, меня охватила паника, и истерзанное чувством вины сердце билось всё сильнее, до тех пор, пока в изнеможении я не опустилась на пол и не зарыдала. Только наревевшись, начала приходить в себя и хоть немного соображать.
«Хватит плакать. Пора действовать. Не буду думать, что там могло произойти с Марусей. Я виновата, и плевать мне на страхи, нужно найти её, и, по возможности, помочь», ― это была моя программа-максимум. Решившись, я собрала волю в кулак, взяла фонарик и спустилась по лестнице в погреб.
Может для кого-нибудь это ерунда, но не для меня. Темноты и закрытых пространств я боюсь с детства. А ещё ― одиночества. Но мысль, что Маруся там одна, пересилила все страхи, хоть мои руки и ноги не переставали дрожать.
Дыру, в которой пропала Маруся, я нашла довольно быстро, осветив её фонариком. Это было неровное отверстие ― утрамбованная земля, за которой находился широкий скользкий жёлоб, как на детской горке, уходивший куда-то в темноту. Я пыталась его осветить, но конца не увидела. Больше там ничего интересного не было.
Надо было принимать решение: спуститься вслед за Марусей или вернуться наверх на кухню. Я склонялась ко второму варианту, но кто-то, возможно, это была судьба, распорядился иначе. Я поскользнулась, прощупывая края жёлоба, сидя на корточках около него, или мне кто-то «помог», не знаю. Но в следующий момент я летела вперёд головой так быстро, что и закричать не успела. Затормозила тоже головой, и поэтому отключилась.
Очнулась от того, что кто-то довольно чувствительно меня тряс. Я открыла глаза. Было темно. Нечто чёрное склонилось надо мной, форму его невозможно было рассмотреть, а вот белки глаз ― даже очень. От страха я закричала не своим голосом:
- Помогите! Здесь волк! ― почему именно волк, я потом так и не могла объяснить.
Стараясь защититься от «чудовища», я так замахала руками и ногами, что, судя по раздавшемуся воплю, в кого-то точно попала.
― Так тебе! Думал меня легко съесть? А вот подавишься! ― кричала я и ещё с большим азартом наобум молотила конечностями в полной темноте, и не безрезультатно. Марусин голос меня остановил.
― Сумасшедшая, прекрати немедленно. Ты меня без зубов оставишь!
― Марусенька! Это правда ты? ― чуть не зарыдала я от счастья.
― Я, дурында. Вернее, то, что от меня осталось после того, что ты со мной сделала!
― А что я сделала? Не вижу ничего, мне так страшно, Марусенька.
― Мне, знаешь ли, тоже не весело. Но я, тем не менее, не бью свою лучшую подругу куда ни попадя…
― Марусенька, прости, прости, прости…
― Ну, ладно, потом с тобой разберусь, когда выберемся. Ты-то, надеюсь, фонарик не посеяла? Я свой, кажется, разбила.
― Фонарик? Какой фонарик? А! Нет, фонарика у меня нет. Похоже, выпал, пока я на этой горке каталась. Ну, сейчас его поищу, ― я встала на четвереньки и стала прощупывать землю перед собой, пока не наткнулась на Марусю и не свалила её. В ответ я услышала о себе много нелестного, и слово «идиотка» было самым приличным из всех…
Наконец, я нащупала её руку и помогла Марусе сесть. Какое-то время мы сидели рядом друг с другом и молчали. Наши глаза постепенно привыкали к темноте. Уже можно было неплохо различать очертания друг друга и помещения, где мы оказались.
Уважаемые читатели! Согласно правилу платформы Дзен сообщаем, что в тексте упомянуты табак и/или алкоголь, которые могут повредить Вашему здоровью.
Продолжение следует...
Нравится повесть? Поблагодарите журнал и автора подарком.