Миссис Марту Анна застала ухаживающей за цветами на уютном балконе-террасе небольшого уютного дома. В окружавшем фасад палисаднике цвели поздние мальвы. И в этом окружении домик был похож на уголок райского сада.
Миссис Марта уже не практиковала как врач, но к ней – акушеру-гинекологу «от бога», по старой памяти обращались за консультацией женщины всего квартала.
Анна и прежде заходила к миссис Марте просто так. Поболтать, посоветоваться о житейских делах. Им обоим было полезно это общение. Дети и внуки миссис Марты разъехались по городам. Да и у Анны родственников не было, кроме тёти Дороти. Но это было весьма условное родство.
Анна рассказала ей о своих тревогах.
– Тетя Дороти знает? – спросила миссис Марта, услыхав про опасения Анны
– Пока нет. Я только что с самолета. Дома ещё не была.
– А сколько прошло времени? – спросила миссис Марта
– Я думаю, что больше недели.
– Ну, пока ещё рано расстраиваться, а сама-то что чувствуешь?
– Да не понятно… Неспокойно.
– Чаю выпьешь?
– Да, спасибо.
Пока миссис Марта доставала чашки и разливала чай, Анна осмотрелась вокруг. Много раз она бывала на этой уютной террасе, и каждый раз этот добрый дом словно давал ей новые силы к жизни. Казалось, сам уклад жизни этого дома – строгий и размеренный, создавал ауру незыблемости мира с его ежедневными восходами и закатами, регулярными однообразными занятиями, книгами, гостями и разговорами о вечном.
– Так какой срок, ты говоришь?.. – еще раз спросила миссис Марта.
– Около двух недель.
– При таком сроке ещё рано делать выводы и беспокоиться. Тебе нужно будет завтра сдать все анализы. Я позвоню доктору Бартону и он примет тебя. Твою карту ему передадут. Он быстро разберётся.
– Спасибо, миссис Марта, за заботу.
– Бартон замечательно делает операции, руки у него золотые.
– Но я пока не думала об аборте. Даже при любом результате тестов.
– Воля твоя. Но я на твоем месте продумала бы не раз. Ты ещё совсем молода. Тебе ещё столько предстоит сделать в этой жизни. Или искать мужа или делать карьеру.
– Может быть вы и правы, но я оставлю ребёнка, если тест будет положительным.
– А что же сам отец твоего будущего предполагаемого ребенка? Он уже знает? Догадывается? Или он уже всё забыл и даже и не подумал, что может стать отцом твоего ребенка.
– Он далеко. Сегодня очень далеко от меня, чтобы строить планы.
– Да где ж ты его встретила?
– Всё просто. Была в командировке. Работала. Встретила, полюбила сразу, в один миг. Так вот получилось.
– Он бизнесмен, служащий? – продолжала любопытствовать миссис Марта.
– Пока не знаю, кто он, но думаю, вернее, верю, что он будет крупным учёным.
– Всё мы во что-то или в кого-то верили или продолжаем верить. И может быть вера в эти иллюзии и помогает нам жить. Каков он? Расскажи. Мне интересно.
– Да хватит с него того, что он – русский!
– Коммунист?! – миссис Марта медленно оседала на стул. – Да как это тебя угораздило? Впрочем, ты и сама – славянка, так что возможно, что это голос крови.
– Миссис Марта, чай проливаете…
– И ты хочешь оставить его ребёнка?
– Не знаю. Но аборт делать тоже не хочу… Не хочу, не хочу забыть эти две недели.
– А что тебе скажут на службе?
– Сама боюсь. Завтра утром сдаю отчет о командировке.
– Ты им скажешь?
– Не знаю.
– Как зовут-то отца?
– Сёрежа… Сергей.