Насколько мы свободны? От окружающей действительности, от самих себя, от внутренних переживаний, от людского мнения, пусть даже отфильтрованного нашей наспех сформированной самоуверенностью, от навязанных непонятно кем стереотипов…? Кто может с точностью до едва уловимых, но практически всем и каждому понятных вибраций определить суть этого простого и старого как мир термина «Свобода». Где тот критерий, который позволяет чётко установить границы, за которыми заканчивается ощущение самости, самостийности и начинается несвобода?
Известное высказывание относительно того, что «Свобода одного человека заканчивается там, где начинается свобода другого» не может быть универсальным, так как уже содержит в себе ограничение, связанное с мироощущением, интеллектуальным уровнем, эмоциональным интеллектом разных людей. А, как известно, самое общее понимание Свободы основано на том, что это состояние субъекта, в котором он является главной (определяющей) причиной своих действий или бездействий.
Анализируя бесчисленное множество определений свободы, можно увидеть такое же бесчисленное множество противоречий не только терминологического свойства, но и последующих цепочек рассуждения и, соответственно, выводов, которые появляются в результате сконструированных умозаключений. Так, например, легендарная «Советская энциклопедия», определяя свободу как способность человека действовать в соответствии со своими интересами и целями, содержит оговорку: опираться на познание объективной необходимости, что само по себе опять же ограничивает свободу. Остается ещё добавить известный постулат Спинозы: «Свобода есть осознанная необходимость» и критерий ограничения свободы проявится еще ярче! Поскольку человек не просто должен обладать сознанием, освоить этапы познания (чувственного и рационального), познать объективную необходимость, но и затем эту необходимость осознать, то есть трансформировать внутренне, неким образом смириться с определённой, объективно существующей необходимостью. Какая уж тут свобода?
Или еще одно определение из «Советской энциклопедии»: свободный полёт (косм.) – полёт космического аппарата с выключёнными ракетными двигателями (дрейф), проходящий под действием сил притяжения Солнца и планет. Так всё же: свободен такой полёт (космический корабль) или он испытывает воздействие небесных тел и этим «связан» и до конца «не свободен»? А если провести аналогию и предположить, что человек свободен только тогда, когда "отключены" его внутренние ресурсы, то это будет как минимум сон и, соответственно, свобода будет возможна только в этом состоянии?
Если трактовка свободы основывается на соблюдении норм (её, свободу, регламентирующих), то почему тогда, например, в поэзии свободный стих – это нерифмованные стихи, расчленённые на стихотворные строки, но не обладающие постоянными признаками их соизмеримости? То есть, свобода – это, наоборот, нарушение нормы, выход за установленные рамки? Вопросов больше, чем ответов. Но главный вопрос, наверное, связан с тем, как проявляется свобода изначально, где она «находится»: внутри или во вне? Когда человек истинно свободен? Когда это - его внутреннее состояние или всё же это внешнее проявление поведения человека в отношениях с внешним миром? В каком случае человек свободнее и что первично: внутреннее или внешнее ощущение свободы? В этой связи можно вспомнить цитату Ф.М. Достоевского: «Свобода не в том, чтоб не сдерживать себя, а в том, чтобы владеть собой». А Жан-Поль Сартр раскрывал свободу через внутренние состояние — состояние любви: «Любовь не имеет ничего общего с обладанием. Её высшее проявление — предоставлять свободу». Ощущение и тем более осознание свободы достаточно уникально и неповторимо для каждого из нас. Можно согласиться и с утверждением о том, что чем свободнее человек внутренне, тем более ограничивает он себя во взаимоотношениях с окружающими его людьми, разумно регулируя, контролируя своё поведение. И наоборот, чем более человек свободен, раскован в жизни, тем более он ограничен, "зажат" внутри. Подводя итог цепочке рассуждений, которым нет конца, наверное, можно предположить, что в понимании свободы всё-таки первичны внутренние ощущения, вибрации и только затем уже осознанные индивидуальные установки, которые помогают обрести свободу во вне. Ведь, как сказал когда-то Генри Миллер: «Существует лишь одно великое приключение – и это путешествие внутрь себя, и тут не имеют значения ни время, ни пространство, ни даже поступки»...