Наташе сидела на унитазе и рассматривала тонкий кусочек картона, который держала в руке, то приближая, то отдаляя от лица. На тесте была одна отчетливая полоска, но на влажной поверхности еле заметно проявляется бледный, полупрозрачный контур второй.
«Беременна! – по лицу Наташи прокатилась легкая судорога, после чего оно застыло с выражением тягостного размышления и печали. – Точно беременна! На сто процентов!» Ей стало жарко и слегка закружилась голова. «Ну вот! Сейчас тошнить начнет!» - и точно, ее затошнило.
Задержка была на неделю. Наташа вспомнила, что в прошлом месяце произошел опасный момент, и теперь все сложилось в закономерную последовательность, будто она уже тогда что-то такое предчувствовала, были знаки, и самочувствие странное: перепады настроения, аппетит, а вчера женщина перешла дорогу с пустым ведром, и на улице под подъездом ощенилась собака. «Один к одному!» - думала Наташа. Она покраснела от волнения, закрыла рукой глаза, готовясь плакать, и сидела так, составляя план действий.
Через полчаса, моясь в душе, она мысленно загибала на руке пальцы:
«Во-первых, позвонить ему и все рассказать. Во-вторых, уговорить на мне жениться. В-третьих... Что в третьих? – она увидела свое лицо в запотевшем зеркале и заплакала. - Нет! Ну почему так? Не по правильному, не как у людей! По-залету-у! – Наташа сидела в ванной и всхлипывала. – Второй ра-а-а-аз. Только с такой дурой, как я, это может быть!» - она зарыдала в голос, ударяя кулаком по зеркалу.
Через минуту Наташа уже успокоилась:
«На свадьбе нельзя будет пить, – думала она и улыбалась. – Эх! Мне бы еще годик! Софийке было бы четыре, помощница. А сейчас – что? На горшок не ходит, толком не говорит. Потолстею опять. Еще с прошлого раза не все скинула», - Наташе стало жалко себя, свою задницу, живот и сиськи, которым опять придется растягиваться, пухнуть и расти.
Пришла в голову мысль про институт:
«Второй раз академ брать? Смеяться будут. Свиноматка какая-то, а не менеджер-экономист. Двух детей родила, а все никак не закончит. Стыдно!»
Наконец, она вспомнила про Сашу:
«Я же не отказываюсь родить! – мысленно оправдывалась она перед ним. - Только позже, когда поженимся, примем взвешенное решение, к врачу сходим, зачнем по-правильному, обоюдно. Саша. Он же "тот самый", а не как в прошлый раз, с папой Софийки».
Мысли ее перескочили на маму, Наташа даже представила ее жалостливый, обвиняющий взгляд.
«Доченька, где твоя голова?» - слышала она голос мамы.
«Нет, – решила Наташа, - ей пока лучше не рассказывать, пока заявление не подадим. А то как будто на те же грабли».
Но, представляя лицо мамы, она все же мысленно убеждала ее:
"Саша на мне женится. Софийку удочерит. У нас будет второй ребенок, за это государство материнский капитал даст. Квартиру купим в ипотеку».
Этот довод должен был успокоить маму.
Наташа положила ладони на живот и погладила.
«Интересно, мальчик или девочка? Сашка хочет мальчика. От девочек токсикоза нет, а меня тошнит», - она опять улыбнулась.
Наташа вышла из ванной, прошла в комнату, села на стул и взяла телефон.
«Так, не торопись. Будь рациональной».
Она достала из кармана халатика тест и снова посмотрела. На нем была одна полоска.