Патриархально-родовой обычай, по которому ближайший по родству мужчина (обычно – младший брат) обязан был жениться на вдове старшего брата, сохранялся у чукчей вплоть до середины XX века. Выдающийся исследователь Сибири академик Г. Миллер первым из отечественных ученых описал левират и попытался разобраться в причинах столь длительного сохранения «странного для цивилизованных европейцев» обычая. По формулировке Миллера, «закон Левитов» являлся общим для Древнего Востока и был описан впервые еще в библейском Пятикнижии. Семейный обычай чукчей не был обязательным, а носил рекомендательный характер. И хотя за его нарушение следовало лишь общественное порицание, чукчи четко соблюдали правила левирата в силу ряда причин.
Мелкие шалости
В «Описании сибирских народов» Миллер пишет, что даже при жизни супруга женщина могла вступить в интимные отношения с его братьями и другими родственниками. Это не считалось преступлением. Скорее – шалостью, за которой не следовало сурового наказания вроде изгнания из общины или перевода в статус рабыни (как за связь с русским у якутов, например).
При бездетности пары сожительство женщины с двумя или даже тремя братьями и вовсе приветствовалось, ведь это повышало шансы на зачатие ребенка и продолжение родовой линии. В этом смысле левират сближался с индусской нийогой – обычаю, по которому потомство бездетному мужчине обеспечивал его брат или даже посторонний человек. При этом рожденный ребенок (желательно – мальчик) автоматически считался потомком того, кто страдал мужским бесплодием.
За все уплачено
По мнению социолога Э.Вестермарка, причина длительного бытования левирата заключалась в том, что женщина рассматривалась как собственность рода, представители которого уплатили за нее калым. Вдова не наследовала состояние умершего мужа, а сама являлась наследством, которым родственники супруга могли распоряжаться по своему усмотрению.
Как пишет Миллер, «как никто не бросит купленную плодородную землю и не продаст ее другому, если хочет пользоваться сам», так никто не захочет терять женщину, за которую заплатил. Поэтому-то чукчи и старались, чтобы приобретенная «собственность» осталась в пределах одной семьи. Правда, они могли «благословить» брак вдовы с представителем другого рода, но лишь по одной из причин – либо женщина имела репутацию плохой хозяйки или семье хотелось пополнить стадо новыми оленями.
Сохранение рода
Шотландский этнограф Мак-Леннан считал, что левират – прямое следствие норм экзогамии, когда одна женщина считалась потенциальной женой для всех мужчин одного рода. Отсюда вытекает второй секрет «странного поведения» чукчей – стремление сохранить родовую линию и не потерять вековые знания о происхождении.
Левират обязывал брата умершего мужчины воспитывать его детей как своих, поэтому ребенок не покидал племя и фактически рос в полноценной семье биологического отца. Сироты легко и быстро адаптировались к кровным братьям и сестрам, которые могли быть у «нового папы» от прежнего брака или рождались в новом. Чукотские дети одного рода имели общего предка, что служило одной из основ для формирования национального самосознания.
Нет кровосмешению!
Левират снижал вероятность кровосмешения. Оставляя детей в пределах своего рода, чукчи сводили к минимуму вероятность, что в будущем встретят в другом племени кровного родственника. А значит, брак будет «чистым», и при выборе невесты или жениха не придется тратить долгие часы на выяснение: не являются ли кандидаты на создание семьи хоть и дальними, но родственниками. По замечанию Миллера, ни один чукча не женится на девушке из того рода, к которому сам себя причисляет, даже если племя и очень большое. В этом вопросе, пишет Миллер, чукчи-язычники «очень щепетильны».
Практичные чукчи
Понятно, что гибель мужчины на охоте, из-за болезней или полученных травм была не редкостью. Оставшаяся с детьми вдова нуждалась в защите и пропитании, а обычай левирата давал женщине гарантии и отличную возможность. Ей не приходилось тратить время на поиски нового мужа. Фактически сразу она автоматически получала защиту и опеку хорошо известного мужчины – родного или двоюродного брата погибшего мужа, реже – его племянника. В статье «Великая Отечественная война и народы Дальнего Востока» этнограф В. Тураев пишет, что сохранявшийся после войны обычай левирата помог малочисленным коренным народам выжить и предотвратить угрозу исчезновения.