На Кавказе все спорные вопросы решаются силой. Кто то кого то убил, старший должен отомстить . Там тейпы. Если не отомстил, значит слабый. Тейп теряет уважение . Тейпу это не выгодно. Тейп говорит- иди и отомсти .И идет, хочет или не хочет. Больше детей, сильней род. Там никуда не дется. Все надо делать по закону. Кровная месть происходит тихо и честно – тот, кто совершил кровную месть, не скрывается, а прилюдно говорит, что отомстил за родственника. Вот, например, мой ребенок будет плакать, разрываться, но если рядом мой отец, я не имею права его на руки взять — только мать, мне нельзя чувства проявлять. Понимаешь, в нашем мире очень важно мнение окружающих, и с этим ничего не сделаешь. Ты должен себя вести как положено, иначе пострадает репутация твоей семьи, люди будут плохо говорить о твоем отце, ваш голос в тейпе будет меньше значить, а значит, меньше шансов на помощь, на защиту. Вся жизнь от этого зависит.
В России думают: они там кровожадные, режут друг друга. Но человек же мстит не только потому, что хочет. Он не может не отомстить. Я, допустим, не хочу никого убивать, но если у меня убили брата, я обязан отомстить — вся семья этого ждет, весь тейп. Я должен это сделать, чтобы поддержать порядок, равновесие. Поэтому за каждым убийством здесь следует по меньшей мере еще одно. Вот месяц назад в Плиеве была перестрелка — боевики обстреляли машину милиционеров, одного, Ахмеда Исакова, убили. Их стали догонять и тоже убили одного, Али Цароева. Так вот, оказалось, что у обоих меньше года назад погибли братья. У Исакова он работал в милиции, у Цароева, видимо, был боевиком. Ахмед и Али пошли мстить. Это очень просто: если погибает милиционер, его брату говорят: «Ты знаешь, место для тебя всегда есть, приходи, работай, отомсти» . Придешь к боевикам, скажешь, что брат погиб, — тоже автомат дадут. За год их семьи похоронили по двое сыновей.
Это архаичное горское сознание, которое не дает простить понарошку, и дух захватывает от пропасти нас разделяющей.
Какова логика происходящего? Мои друзья в Ингушетии правы: ее нет. В том смысле, что кровавая каша не результат чьей-то политики, а стихийное взаимодействие крупных вооруженных группировок. И это — самое плохое.
Есть российские силовики — временная группировка войск, ФСБ, ГРУ, мобильные отряды МВД. Формально они кому-то там подчиняются в Москве, но на самом деле это отдельный мир, сложившийся во время чеченских войн, со своими нравами, культурой, механизмом действий. Люди приезжают и уезжают — но группировка остается. У нее есть свой способ существования, взаимодействия с миром — это война. Силовики живут в казармах, выезжают на операции. На местное население им наплевать, в целом оно для них враг, местная власть — ноль.
С другой стороны, есть боевики. У них то же условие существования — война, она им необходима, они ее производят. Им тоже плевать на население, их финансирование тоже идет извне. И те и другие запугивают людей, убивают тех, кто посмел быть идейно близок врагу. Это основные воюющие силы. Победить друг друга они не могут, да в реальности никто такой задачи и не ставит.
Есть и разные другие группировки.