Уходя, Ангел-хранитель по четырём сторонам света кланяется. Трижды, по кругу, облетает человека, отчаянно надеясь на изменения. Шелест крыльев создаёт вибрацию, тяжёлым эхом прокатывающуюся в мироздании. Вселенная вплетает звук в поток. Всплеск волн образует воронку, затягивает, мгновенно переносит сверхсущество в другую мерность.
Что ощущает, в этот момент, человек?
Потерявшие хранителя не чувствуют изменений, продолжают жить привычной жизнью. Ежедневные заботы загнали его душу в самый тёмный угол, он не слышит самого себя, упиваясь возможностями тела.
Прежде, Ангел- хранитель, как мог, показывал знаками, снами, голосами незнакомцев, ситуациями, стучался, пытаясь пробудить от безумной бессмысленной гонки, но сознание закрывало уши. Умными доводами заставляло предчувствие замолчать.
Позже появляется ощущение, будто чего-то в жизни не хватает
Заполняя внутреннюю пустоту развлечениями, отдыхом, шоппингом, уходом за телом, огромным числом знакомых, интернетом, телефонами, люди попадают в ловушку иллюзии, не осознавая себя в реальности. Года превращаются в автоматическое режимное выживание. Цель которого заключается только в одном - не сбиться с ритма.
Покинут потому-что...
Всепоглощающая пустота может разорвать душу в клочья, требуется трагедия способная, потрясением, сдуть накачивающийся шар. Парадокс в том, что Ангел-хранитель должен покинуть человека, чтобы спасти его бессмертное существо. Об это написано в древнейших трудах по магии.
Проходит некоторое время, неизбежно приближая к точке невозврата. Срабатывает последний охранный механизм - потеря самого дорогого. Душа вырывается из под развалин прошлых приоритетов и начинает дышать или умирает. К выжившей "спускается" самый мощный хранитель - Архангел Михаил, склеить осколки обычный ангел не может.
У кого нет от рождение Ангела-хранителя?
Ангел-хранитель не уходит от тех, кто совершает зло. Люди с душой не могут совершить ужасное преступление, не могут убить развлекаясь. Бездушные тела хранители не берегут, в них нет совести, нет небесного огня, они прах, который воровать никто не станет.