Поднимите руку, кто был родителем… Понятно, большинство. А кто учил с детьми стишки, заданные в школе? Пушкина, например? Рук меньше, в основном, мамы…
Моя супруга тоже много и упорно занималась, и занимается, с детьми по вечерам. Кто не знает, их у нас пятеро. Мне сейчас достается в этом плане больше, так как я теперь не работаю с раннего утра до поздней ночи и могу позволить себе много времени проводить с семьей. Но много лет назад всё было иначе. Я работал именно много, и ночь постоянно заставала меня в офисе, откуда я уже за полночь приезжал уставший домой и ложился спать в два, а то и три часа ночи.
Но утром подъем для всех, кроме тех, кто пока не шел в школу. А школьником в то время был только старший сын. Мы летаем по квартире, собираясь кто куда, но сын в школу. И тут вдруг выясняется, что он забыл выучить стихотворение того самого любимого всеми нами Пушкина «Зимнее утро».
Мой стон был слышен намного верст кругом… Представьте солнечный Тбилиси, снега не видать уже много лет, вокруг микрорайон, множество уже проснувшихся людей, которые также как и мы собираются на работу. Рычат отъезжающие машины, снуют люди, кто-то смеется, кто-то громко разговаривает, кто-то уже бежит в школу…
Мне тоже нужно спешить – меня ждут мои пациенты, а нам с сыном прям здесь и сейчас в кратчайшие сроки, полуодеваясь и полузавтракая, нужно влиться в пушкинский стих, в мороз и солнце (на улице плюс 12), во вчерашнюю вьюгу, которую мы не видали никогда, живя в субтропиках. А тут еще строки про то, что снег лежит. Где лежит? Вокруг одни озаренные солнцем гаражи. Про чернеющий лес я вообще молчу…
Но всё это нужно представить. Впопыхах, проглатывая на ходу кашу. Я, как могу, вдохновенно декламирую сыну прекраснейшие и любимейшие мною строки, а сын их также вдохновенно и с ужасом еще непроснувшегося мозга повторяет. И тут…
И тут я, стараясь не волноваться за свое уже состоявшееся опоздание на работу, с легкой грустью произношу:
«Трещит затопленная печь»
И жду, что сын ответит мне взаимностью, но он, немного вытаращив на меня глаза, молчит. Я снова, изображая грусть, театрально произношу:
«Трещит затопленная печь»
Но сын продолжает упорно молчать, вперив в меня удивленный взгляд.
Время бежит так, что я слышу тиканье электронных часов, а мой любимый сын молчит. Я сбит с толку. Во мне начинает зарождаться нетерпение и даже раздражение. Я, сжав губы, уже без всякой патетики, шепчу:
«Повтори, «Трещит затопленная печь», почему ты молчишь?»
И сын, до этого с жадностью проглатывая кашу и Пушкина, неожиданно спрашивает меня:
«А почему ее затопили?»
Я вначале даже не понимаю вопроса. На улице тбилисская весна, поют птицы, газовую печь мы выключили еще месяц назад. Оценив обстановку, я начинаю объяснять, что в России долгая зима, холодно, много снега, люди топят печь до мая, а то и до июня месяца. А трещит она, потому что в ней сгорают дрова, а сгорая, они издают своеобразный треск.
Но сын всё равно смотрит на меня непонимающим взглядом.
«Ну, что еще тебе объяснить?», - нетерпеливо спрашиваю я, и он снова тихо произносит: «Но почему ее затопили?»
У вас есть терпение? У меня его много, я врач и очень терпелив, но тут я почти взбесился. Стыдно, но я, повысив голос, снова повторяю свою лекцию о долгих морозах, снегах, вьюгах и поэтому затопленной печи. Я снова и снова повторяю в разных вариантах эти свои объяснения о русской зиме и, видя всё больший ужас в глазах мальчика, вдруг прозреваю: он думает, что печь затопили! Вместе с дровами, огнем, кочергой и чугунным горшком внутри! Затопили прямо в озере! Господи, ай да Пушкин, ай да сукин сын!
Я захохотал так, что проснулся наш кот Кетик. Он ничего не знал про Пушкина, но знал всё про мое хорошее настроение и, значит, обильный завтрак. Я быстро объяснил сыну двойной смысл слова «затопленный», и мы хохотали с ним уже вместе. К нам быстро присоединилась моя любимая супруга, и наш гогочущий хор еще долго сотрясал нашу пятикомнатную квартиру.
Нужно ли говорить, что мы опоздали везде: и на маршрутку, и на работу, и в школу. Но мы не опоздали жить. Вместе с великим Пушкиным мы получили заряд бодрости на много лет вперед.
Прошло уже много лет, но нет-нет, а кто-нибудь из нас вдруг вслух произнесет: «Трещит затопленная печь!», и вся семья, а младшие уже давно в курсе, отзывается самым развеселым и заливистым смехом. Ибо жизнь прекрасна, когда бессмертна классика и бессмертна наша жизнь!
ПОДПИСАТЬСЯ НА КАНАЛ. Ссылка на статью, которая может быть вам интересна: Двухлетний сын одной фразой показал мне роль родителей для детей. Всегда помню об этом
Ссылка на другие статьи из этой тематики #жизнь в саду семья